— Так что, какой вариант?
Его пальцы сжались сильнее, Таня зашипела от боли, а на лице вампира отразилось какое-то торжество. Он притянул её ближе и поцеловал, Таня даже не задумываясь ответила на поцелуй.
Страх и гнев отступали, сменяясь страстью. В груди зажглось пламя, глаза заволокло розовой пеленой, хотелось быть ближе, стать одним целым, иначе смерть. Но она всё ещё не могла пошевелиться, были только его пальцы и губы, свет васильковых глаз, остальное поглотила тьма. Она была как кролик, загипнотизированный змеёй, только сгорала и тряслась не от ужаса.
В сознание ворвались непрошенные звуки: стук дверь, которую явно открывали ногой; чьи-то голоса. А потом тьма начала развеиваться, чужие прикосновения исчезли. Себя Таня обнаружила на кровати, губы горели, языком она даже нащупала ранки, похожие на царапины… от клыков? На подбородке явно будут синяки.
— Долго ты.
Девушка подняла голову и увидела тяжело дышавшего Ивана, около которого уже стоял Марк. Ведьмак был растрёпан, рубашка смята, у губы запеклась кровь. Длинные пальцы подрагивая выводили узоры в воздухе, глаза светились изумрудным огнём, лицо освещала улыбка. Ещё бы ветер начал раздувать его длинные тёмные волосы, был бы идеальный кадр для постера или обложки. Но ветра не было, как и фотоаппарата.
— Элегантно, — задумчиво пробормотал парень. — Я боялся, не догадаешься заместить эмоции.
— С трудом, — на выдохе произнёс Иван, который уже принял свой нормальный вид, только покрасневшие губы, тяжёлое дыхание и странные полосы на лице говорили о том, что что-то произошло. — Испугался, что голову оторву.
Сказано это было так серьёзно, что Тане стало страшно, Марк раздражённо цыкнул, не переставая улыбаться.
— Так что случилось? Я такой ярости не испытывал лет восемьдесят.
Ведьмак как раз закончил колдовать, выдохнул, вытер пот со лба, тяжело дотопал до дивана и развалился на нём.
— Мёртвые сошли с ума.
А после, никак не поясняя сказанное, уснул, с той же улыбкой на лице.
Глава 31. Покой нам только снится
You don't stop a bullet when it's set into motion. You don't stop a fire when you light an explosion. So then why would we fight it, Already ignited, Counting down, down, down, down. (Saint Motel — Bullet)
— Он…жив? — Таня обеспокоенно смотрела на Марка, который спал.
— Просто устал, — Иван обеспокоенно осмотрел её, особенно лицо. — Больно?
— Немного. А тебе?
Парень подошёл к зеркалу у барабанной установки и присвистнул.
— Надо же, даже не почувствовал… Ногти не сломала?
— Я? — Таня непонимающе уставилась на свои руки и с ужасом заметила под ногтями немного крови.
— Будто тут был кто-то ещё, — проворчал Иван, возвращаясь к кровати. — Пойдём.
— А Марк? Его мы тут оставим?
— А что ему будет?
Ваня вывел её из комнаты. На лестнице они остановились, осматривая погром в коридоре первого этажа. Везде лежали осколки, земля, явно из цветочных горшков, щепки от мебели. Таня нашла взглядом что-то похожее на ножку от одного из любимых диванов.
Осторожно ступая они прошли на кухню, где сидели все остальные. Вид присутствующих говорил о том, что каждый принимал непосредственное участие в погроме.
Лучше всех выглядела Эва — в коротких светлых волосах виднелась пыль, одежда помята, но не порвана,на щеке большая ссадина. Девушка, прикусив губу, так внимательно рассматривала руки, что Таня пришла к выводу: кто-то ногти всё-таки сломал.
Хуже всех выглядел Леонид. Кожа его была какого-то сероватого цвета, порванная одежда в пыли, в волосах осколки вазы, всё лицо и руки в мелких порезах. Сейчас он сидел с закрытыми глазами, навалившись на стол и сидевшего рядом Освальда.
Ос выглядел очень злым. Таня заметила, что кожа на костяшках его пальцев сбита, а сам он прижимает пакет со льдом к носу и шумно дышит. На светлой футболке виднелась кровь.
Во главе стола сидел помятый и очень мрачный Герман. Создавалось ощущение, будто его били исключительно по лицу, причём именно по губам. В голове Тани появилась мысль, будто кто-то пытался выбить вампиру зубы. Присмотревшись, девушка заметила кровь на полу, в которой валялась обломанная деревянная ножка стула или стола. Таня в ужасе уставилась на ножку, перевела взгляд на Германа и заметила огромную прорху в рубашке на боку.
— Что тут произошло? — Иван быстрее справился с шоком.
— Побоище, — прогундосил Ос и зашипел от боли, случайно сдвигая пакет на носу.
— Это я итак понял.