Когда они подошли к дому Эмили, она обернулась, её глаза сияли благодарностью. "Я никогда не забуду этот день. Вы лучшие подруги, о которых можно только мечтать." Эбби и Катрина обняли её в ответ, и в этом объятии было обещание вечной дружбы и поддержки.
ГЛАВА 25
Пока город трепетал в предвкушении фестиваля, Даллас, отгоняя навязчивые тени воспоминаний об Эмили, с советниками вершил дела, требующие немедленного решения. Тяжелым грузом на сердце лежала необходимость устроить бал для темных созданий – долг, доставшийся ему в наследство вместе с титулом.
Советник, склонившись, внимательно ловил каждое слово. Род Далласа издавна славился роскошью балов, где даже самые изысканные прихоти темных гостей находили свое воплощение. Пока верный слуга руководил приготовлениями, Даллас, с тоской в душе, выбирал наряд, призванный скрыть боль под маской благородства.
Слуги, бесшумные тени, скользили по замку, исполняя приказы и боясь малейшим промахом вызвать гнев своего господина. Вскоре древние залы наполнились гостями, и Даллас, восседая на троне, с улыбкой, скрывающей глубокую печаль, приветствовал собравшихся.
Первыми прибыли Блэдволлы, клан вампиров, чье богатство и влияние уходили корнями вглубь веков, связанных с Далласом тысячелетней дружбой. За ними последовали Моргтан, семья колдуний, чьи способности вызывали священный трепет и чьи услуги в темной магии всегда были востребованы. Демоны Эдраквонт, уважаемые господа, прибыли с готовностью обсудить политические вопросы, волнующие их темные сердца. И, наконец, явились Жизевели, семья темных эльфов, чья красота, словно темный омут, таила в себе бездну тайн и загадок.
Он увидел леди Блэдвол, она стояла в углу, и о чем-то оживлённо общалась со своими сестрами. Он подошёл к ней, и пригласил на танец, ее холодные пальцы коснулись его руки, и он повел ее в вальсе. В ее глазах он видел лишь уважение и тень понимания.
Ночь тянулась бесконечно, наполненная светскими беседами и политическими интригами. Даллас старался уделить внимание каждому гостю, выслушать их просьбы и предложения.
Бал продолжался, но для Далласа он стал символом не только долга, но и надежды.
Когда забрезжил рассвет, гости начали расходиться, унося с собой впечатления о бале и о хозяине, сумевшем сохранить лицо в трудную минуту. Даллас остался один в опустевшем зале, ощущая усталость и облегчение. Он пережил эту ночь, не сломался под тяжестью воспоминаний. И в этом была его победа.
ГЛАВА 26
Эмили кружилась в вихре танца с подругами, смех звенел в воздухе, когда внезапно мир померк, и она очнулась в оцепенении, в сумрачном великолепии незнакомого особняка. Паника ледяными пальцами сжала её сердце. Где она? Как она здесь оказалась? Вопросы роились в голове, не находя ответов. В полной тишине, нарушаемой лишь трепетом её собственного дыхания, Эмили двинулась по бесконечному коридору, словно призрак в чужом сне, отчаянно пытаясь найти выход из этого каменного лабиринта.
В то же время, в залитом солнцем саду, Даллас, окруженный благоуханием любимых цветов, вел беседу со своим советником. Этот сад был его убежищем, тихим напоминанием о матери, её заботливых руках, её безграничной любви. Аромат роз, пурпурных и алых, ласкал его душу. Слуга, словно тень, поднес кувшин с рубиновой жидкостью, напоминающей вино, когда безмятежность сада была разорвана появлением стражников. "Господин, в особняке обнаружена чужая," – произнес один из них. Даллас, нахмурившись, приказал: "Приведите её ко мне." В груди заворочалось непонятное беспокойство. Кто посмел нарушить его покой?
Незнакомку привели в тронный зал. Величественный трон возвышался в центре, по углам мерцали торшеры, а тяжелые шторы плотно задергивали окна, скрывая свет. Дверь распахнулась, и стражники, безмолвные как тени, вывели её из зала. Эмили пыталась заговорить с ними, умоляла объяснить происходящее, но в ответ получала лишь холодное молчание. Наконец, они оказались в саду. Даллас стоял, погруженный в созерцание роз, в воспоминания о детстве, проведенном рядом с матерью, о тихих беседах и совместной работе в саду. Он был настолько поглощен прошлым, что не заметил их приближения.
Советник, увидев незнакомку, с удивлением воскликнул: "Как вы здесь оказались?"
Эмили растерянно смотрела на него, готовая ответить, когда Даллас обернулся. Его взгляд встретился с её глазами, и лицо озарила улыбка. "Эмили? Какое счастье тебя видеть!"