Из опасения я не собирался близко приближаться к источнику звуков и огня возможного обряда, а намеревался просто, оставаясь на значительном расстоянии, пометить для себя направление, ведущее к месту действия, чтобы уже на следующий или другой день, в зависимости от позднее принятого решения, отправиться на это место, где уже спокойно и без свидетелей всё рассмотреть. На данный момент я никак не мог предполагать, с чем мне придётся столкнуться, а потому решил, что в таких условиях лишняя предосторожность никому не повредит.
Ранее я думал попробовать взобраться на близлежащий холм, находящийся у подножия горы, рядом с которой стоял мой дом, чтобы уже сверху, используя бинокль, попробовать найти следы, которые могли остаться после прошлого раза, и, уже используя этот ориентир, отправиться на поиски места в лесу. Но, учитывая его достаточно крутой склон и обилие снега, лежащего на нём, я решил не рисковать из опасения провалиться глубоко под снег или вообще скатиться вниз, получив какую-нибудь травму, а просто дождаться следующего повторения обряда, если, конечно, ему было суждено повториться, и уже тогда отправиться в лес, где, оставаясь на безопасном расстоянии, пометить направление для следующего похода.
Пока я продвигался по лесу вперёд, звуки обманчиво меняли своё направление, то вдруг слышась слева, то исчезая и доносясь с правой стороны, то возвращаясь в прежнее местоположение по направлению моего изначального движения. Понимая, что двигаться, полагаясь на этот обманчивый ориентир, было совершенно невозможно, я шёл исключительно в сторону чёрной полосы дыма, видневшейся сквозь костлявые ветви деревьев, как наиболее достоверного источника направления. Примерно через каждые пятьдесят ярдов я делал небольшие зарубки на стволах деревьев, чтобы в следующий раз без труда отыскать нужный путь.
По мере моего продвижения вглубь леса звук становился всё более отчётливым и, как ни странно, пугающим. Кругом была огромная территория нескончаемых лесных дебрей, где на многие сотни миль не было ни одной живой души за исключением тех, кто устроил этот странный обряд с костром и барабанами, поэтому моя тревога по мере приближения к этому месту была совершенно обоснована, ведь я не знал, что меня там может ждать.
Солнце клонилось к закату, и в этот час тёмные стволы деревьев вокруг напоминали молчаливых таинственных стражей, оберегающих покой происходящего впереди действа от посторонних глаз. Небо над голыми ветвями, затянутое густыми облаками, имело ярко-алый окрас и, казалось, предвещало начало апокалипсиса, о котором я узнал из легенд о Ктулху, пробуждение которого грозило чудовищными разрушениями и смертью всего живого на земле.
Звук стал значительно сильнее, но я всё ещё ничего не видел впереди. Чуть позже мне показалось, что вдали стали виднеться отблески костра, чей столб дыма ясно контрастировал в небе под алыми облаками, хотя это могли быть всего-навсего отблески солнечных лучей. Судя по всему, оставалось совсем немного до места действия, и я решил более не рисковать, поэтому, сделав последнюю зарубку на коре, повернул назад.
Несмотря на ясное чувство тревоги, я всё-таки хотел пройти весь путь до конца, однако прекрасно понимал, что даже если бы я дождался окончательного заката, в зимнем лесу помимо отсутствия защищающей листвы, которая скрыла бы моё приближение, ночью было светло почти как днём, и меня могли бы легко обнаружить. И как бы те, кто участвовал в этом таинственном обряде, поступили с незнакомцем – напоили бы чаем или попытались убить, – я не знал, а потому выкинул подобные мысли из своей головы, максимально быстрым шагом направляясь в сторону дома.
Уже возле дома, выбравшись из леса встревоженным, но живым и здоровым – к этому времени солнце полностью скрылось за пиками далёких гор, – я заметил в просвете расступившихся облаков яркий лик луны и понял, что сегодня было полнолуние. И, если мне не изменяла память, то и в прошлый раз луна была полной.
Теперь я знал, когда ждать следующий обряд.
4
Из предосторожности я решил выждать несколько дней, прежде чем отправиться на разведку к предполагаемому месту проведения обряда. И утром третьего дня после обильного завтрака – мне нужны были силы для этого похода, ведь я не знал, сколько времени всё это займёт, – я оделся, прихватив, как и в прошлый раз, винтовку и револьвер, надел снегоступы, а затем отправился в лес.