15
Времени на раздумья у меня не было; нужно было действовать быстро – неизвестно, сколько ещё будет бушевать эта вьюга. Поэтому без промедления я пошёл собираться. Одевшись, я захватил револьвер и карабин, а также дополнительные патроны: хоть мой замысел предполагал, что я смогу пробраться сквозь индейское заграждение незамеченным, оставалась возможность обратного, и тогда мне точно понадобится средство защиты. Но я надеялся на первый вариант – второй мог закончиться плачевно, а мне этого, естественно, не хотелось.
Полностью собранный, я задержался на некоторое время возле входной двери, стараясь прислушаться к звукам снаружи, чтобы убедиться, что за дверью меня никто не поджидает. Глупо, наверное, однако, вспоминая паранормальные способности индейца, который знал, что я стою по другую сторону окна, наглухо закрытого ставнями, кто мог с уверенностью сказать, что и сейчас один из них каким-то непостижимо фантастическим образом не разгадал мои планы и теперь не поджидает меня за порогом? Частично предполагать подобное было сумасшествием, но и сама ситуация, в которой я находился, казалась сплошным абсурдом и сюрреалистическим бредом сумасшедшего, так что в таких условиях можно было ждать любого развития событий.
Несколько минут я внимательно вслушивался в звуки снаружи, но ничего, кроме шума, издаваемого ветром, спускавшимся с горных вершин, так и не услышал. Сделав глубокий вдох для храбрости, я осторожно открыл смотровое окошко и осмотрел, насколько позволял его обзор, крыльцо перед дверью и двор. В лицо сразу же ударил сильный и колючий от холода порыв ветра вместе с изрядной пригоршней снега, заставив меня зажмуриться и немного отступить назад. К счастью, ничьего лица в этом небольшом зарешеченном окошке не показалось.
Справившись с первой реакцией на ветер и снег, я, прищурившись, вернулся к окошку и осмотрелся. Никого и ничего подозрительного я не увидел. Снаружи была только чехарда снежной круговерти, за которой дальше перил, ограждающих крыльцо по периметру, ничего не было видно. На крыльце лежал ровный толстый слой снега, занесённый сюда ветром за дни моего вынужденного затворничества (до этого я каждое утро чистил крыльцо). К этому времени ветер уже успел скрыть все следы моих недавних таинственных гостей.
Закрыв смотровое окно, я бросил, как надеялся, последний взгляд на дом, который, несмотря на моё сравнительно недолгое пребывание в нём, стал для меня родным. С Богом у меня всегда были довольно натянутые отношения, а после смерти сына, а затем и жены, меня вообще оттолкнуло от Него так далеко, как это возможно, так как я не мог взять в голову, как подобное Он мог допускать. Но сегодня, в эту минуту, перед решающим шагом, я попросил у Него помощь, хотя особенно после всего случившегося с моей семьёй и миллионами других по всему миру, пострадавших в результате всего этого кровопролития, не веря в действенность этих слов. Где-то в глубине души я думал, что Его просто нет, или Он настолько в нас разочаровался, что давным-давно решил отойти в сторону. Однако, столкнувшись здесь с поистине таинственными и ужасными в своём проявлении событиями, я решил, что небольшая помощь мне не помешает.
Открыв все замки, я, на секунду помедлив, отодвинул основной засов двери и с гулко бьющимся сердцем её приоткрыл. В прихожую тут же ворвался ветер, наметая в помещение пригоршни снега. Осторожно расширив проход, держа наготове револьвер с взведённым курком, я высунулся наружу, готовый тут же отпрыгнуть назад и захлопнуть дверь, если кого-нибудь увижу. Но на крыльце никого не было, и я облегчённо вздохнул.
Как только я ступил на крыльцо, снег под моими ногами, как мне тогда показалось, громогласно и предательски заскрипел. Моё сердце сжалось, я от испуга чуть не запрыгнул обратно в прихожую, в спешке закрывая дверь на все замки и засов. Однако я всё-таки набрался оставшейся храбрости и сдержал свой трусливый порыв, вовремя сообразив, что шум ветра прекрасно скроет подобные звуки. На всякий случай я переждал некоторое время, а затем осторожно прикрыл дверь, закрыв её, сам не знаю почему, на замок. Снегоступы я надел заранее, поэтому сейчас, пользуясь прикрытием снежной круговерти, не спеша сошёл с крыльца и двинулся по направлению к лесу у подножия горы.