Я даже не помню, где я это услышал, но эта фраза сразу всплыла у меня в сознании: «Если кажется, что есть опасность... она точно есть!»
В момент эта мысль стала для меня руководством к действию. Я понял, что в сложившихся обстоятельствах для меня самым верным решением будет покинуть этот дом. Хоть я и считал маловероятным то, что там, на поляне, оставил какой-либо заметный след, способный привести сюда, не считая зарубок на деревьях, которые ещё нужно поискать, но в любом случае сама близость к такому месту была делом весьма опасным.
Долго не раскачиваясь, я стал собираться, и уже через полчаса, покидав все свои скромные пожитки в багажник машины, повернул ключ зажигания. Выехав из гаража, я ещё раз проверил, что закрыл все двери, и затем, движимый не отпускающей тревогой, поехал в сторону шоссе, а там уже намеревался поехать в ближайший по дороге город.
К счастью, я был достаточно обеспечен – спасибо неутомимой американской жажде попугаться, и этому обстоятельству, надо сказать, я был очень рад. Моё хобби приносило неплохие деньги, поэтому я без каких-либо финансовых стеснений мог позволить себе снять номер в отеле на нужное количество дней.
3
Небольшой городок расположился на участке между местом, где находился дом прадеда, и аэропортом, примерно в пятидесяти милях от первого в живописной лощине между величественными зелёными холмами. Размах для манёвра здесь был небольшой, поэтому вся территория городка расположилась вдоль этого устья между холмов, в большей степени разрастаясь в длину, чем вширь.
Город оказался на редкость опрятный, с небольшим деловым центром, посередине которого стояла аккуратная ратуша, со всех сторон окружённая другими городскими службами и частными офисами. Также тут расположились магазины, парикмахерская, пара уютного вида кафе и небольшой кинотеатр. И практически сразу начинались, расползаясь в обе стороны, жилые дома, которые тонкой линией, лишь на несколько домов уходя вширь, тянулись вдоль дороги на пару десятков миль. Казалось, они как бы подсознательно тянулись друг к дружке, будто опасаясь чего-то.
«Или кого-то», – подумалось мне.
Так испуганные животные держатся в стае, когда им угрожает опасность или они чувствуют её приближение, сближаясь, чтобы приободриться и выстоять в предстоящей схватке. Вспоминая о серых обелисках в лесу, я догадывался, почему здесь всё так. Похоже, понимая или нет, жители этого города подсознательно тянулись ближе друг к другу, чувствуя угрозу, исходящую от этих мест. Странные события, происходившие несколько десятков лет назад, связанные с падежом скотины и гибелью урожаев, как и с постоянно бесследно исчезающими людьми, думаю, внесли основной вклад в такую особенность.
В противоположной стороне города я обнаружил гостиницу. Небольшое приземистое двухэтажное здание в старом колониальном стиле с красной черепичной крышей, вокруг которого росли высокие тисы и белые сосны, прячущие за собой здание, будто старшие братья, оберегающие свою сестрёнку. Гостиница располагалась на самом отшибе – дальше шло лишь одинокое шоссе, со всех сторон окружённое растущей зеленью на подступающих к нему подножиях холмов. Казалось, что гостиницу специально тут построили, дабы держать чужаков, решивших остаться на ночлег, на расстоянии от добропорядочных граждан города.
Припарковавшись в тени от тиса, я пошёл узнать, есть ли свободные номера. Как оказалось, отель был практически пустой, заняты были только два номера из десяти.
Помещение, где располагался ресепшен, встретило меня освежающей прохладой работающего кондиционера. За стойкой никого не оказалось, поэтому я несколько раз позвонил в звонок на столе. Через несколько секунд из открытой двери за ресепшеном послышались тихие шаги и появился пожилой мужчина. На взгляд ему было лет семьдесят. На его голове практически не осталось волос, только лёгкий младенческий пушок и пигментные пятна на коже. Старик был одет в старые потёртые джинсы и футболку с надписью «к черту демократов». С худого морщинистого лица на меня смотрели серые недоверчивые глаза старика.