Глава 11
Глава 11
Пробежав глазами по заголовкам статей очередного издания Денвер Пост, Стюарт положил газету на верх стопки и убрав ноги со стола, выпрямился в кресле. Его наручные часы показывали ровно 3 часа дня. В кабинете висел плотный смок табачного дыма, казавшегося бледно-голубым, на фоне просачивающегося сквозь не задёрнутые жалюзи солнечного света. Допив остатки кофе, он поставил чашку на стол и взял следующую газету. По большей части, страницы всех номеров Денвер Пост занимали статьи, освещающие какие то события из жизни города, никак не связанные с криминалом и насилием. В основном это было что то вроде ежегодной спортивной олимпиады для подростков, на которую съезжались команды со всего штата, или открытия нового медицинского центра. В Денвере было несколько издательств, которые освещали только криминальные события города, Денвер Пост к их числу не относилась. Но все же и на ее страницах можно было время от времени встретить статьи, описывающие ограбления, угоны автомобилей и поимки наркоторговцев, занимающихся своим грязным бизнесом на улицах города. Выудив из пачки сигарету Стюарт закурил и отложив газету, поднял глаза на Кристмэна.– Есть что ни будь?– Ничего о пришельцах или членах Аль-Каиды (1), готовящих теракт – усмехнулся Джо.– Я серьезно.– Я тоже. Похоже зря это все – сказал Кристмэн – с чего ты вообще решил рыться в этом раритете?– Потому что больше негде – ответил Стюарт – я вчера навел справки о нашей героине. Она и вся ее семья – обычные добропорядочные люди, не запятнавшие себя ничем. По крайней мере я не увидел ничего из ряда вон выходящего. Но кому то она похоже здорово насолила.– Может ты и прав. Мне сегодня ночью будет снится ремонт дороги или некий мистер Талбот, который летом этого года выиграл в лотерею 250 тысяч – подытожил Кристмэн.– Не самое плохое, что можно увидеть во сне – заметил Стюарт, докуривая сигарету.
***
Вечерние сумерки легли на город, смешавшись с сотнями тысяч неоновых огней, которые теперь казалось горели не на улицах Денвера, а где то там, высоко в небе. Вся эта какофония красок горела теперь, напоминая светлячков на фоне темно-синей панорамы приближающейся ночи. Вечер выдался холодным и ветреным. Ближе к городским окраинам, там, где каменные и бетонные гиганты уступали место просторным и разнообразным коттеджам, вечернее небо уже начало понемногу затягиваться тучами, которые напоминали черную вату, медленно плывшую на восток. Усиливающийся ветер играл обрывками газет, пустыми картонными стаканчиками и другим мусором, гоняя его по пустеющим улицам.– Ночную будет гроза – заметила Мэгги, на секунду оторвав пристальный оценивающий взгляд от собственного отражения в маленьком зеркальце, которое было прикреплено к внутренней стороне крышки ее косметички.Словно в подтверждение ее словам, яркая вспышка молнии на секунду осветила ночное небо.– В такие вечера еще больше хочется тепла и уюта – продолжала Мэгги, убирая косметичку в дамскую сумочку, лежавшую у нее на коленях.– Я тебе все это гарантирую – улыбнулся Васкес оторвав взгляд от бегущей впереди дороги.– Эта первая твоя улыбка за весь сегодняшний вечер – подметила Мэгги, глядя на него.– Неужели – изобразив удивление ответил Васкес, притормаживая на светофоре.– У тебя какие то проблемы?– Нет, все в порядке. Просто тяжелый выдался день – ответил он, продолжая смотреть перед собой.– По-моему я заслуживаю большего – словно сама себе сказала Мэгги.– Ты о чем? – Васкес снова посмотрел на нее.– О том, что между нами не должно быть каких то тайн и секретов, понимаешь? – она вопросительно посмотрела на него.– С чего ты взяла, что я что то от тебя скрываю? – ответил вопросом на вопрос Васкес.– Просто чувствую это.– Ты ошибаешься – он снова посмотрел на нее и тепло улыбнулся.Новая вспышка молнии блеснула на лобовом стекле Форда, осветив салон автомобиля своим бледным призрачным светом.– Чертова гроза – буркнул Васкес.– Ты не ответил – заметила Мэгги.– Что ты хочешь от меня услышать – спросил он. В голосе проскальзывали едва уловимые нотки раздражённости.– Просто хочу услышать честный и прямой ответ – проговорила она.– Я всегда говорю тебе правду и пожалуйста, давай оставим эту тему – театрально закатив глаза, он воззрился на нее.– Как скажешь.