Я поморщилась, вспомнив больницу в трущобах и кашель Марты, а затем принялась быстро складывать все обратно в тайник, стараясь вспомнить, в какой последовательности доставала.
Замерла, почувствовав присутствие, и поняла, что торопиться поздно.
— Нашла, что искала?
Глава 15
Вдохнуть, выдохнуть. Быстро сосчитать до пяти. Вид сделать попроще. Надо бы виноватый, как положено в таких случаях, но, увы, вины я не ощущала.
Да, влезла, куда не положено. Вроде бы преступление, а вот осознания неправильности содеянного никакого. Так и раньше бывало. Так тренировали, вот оно и включалось в голове само, когда требовалось больше всего. Телохранитель не человек, не дракон, не личность. Придаток к хозяину, исполняющий приказы. Он не принимает решений, и поэтому не несет ответственности.
Конечно, не существовало полного подчинения. Все же просто служба, а не промывка мозгов, как умеют демоны. И тем не менее клятвы, которые приносили телохранители веками, ассоциировались у народа чуть ли не с лишением возможности самостоятельно думать. Не удивительно, что нас боялись. Считали бездушными тварями. Но был и несомненный плюс: любое дерьмо можно было свалить на волю хозяина. Приставляли же нас к таким богатым и знатным уродам, что мало кто решался пойти разобраться. Предпочитали сделать вид, что ничего не произошло, чем получить за невольное оскорбление какого-нибудь императорского родственника. Так многое и заминалось.
Рей больше ничего не говорил, а я сидела и не шевелилась. Что он мог мне сделать? Да, в общем-то, ничего. В полицию сдать — пускай. Быстро отпустят. Брать с меня нечего, тюрьмы переполнены. И то, это если у Рея самого от властей секретов нет. Спросят ведь, что искала и что именно украсть хотела.
Других вариантов вроде бы не было.
Разве что он меня попытается где-нибудь во дворе прикопать. Ну, пускай попробует. Я ведь просто так не дамся: это на тренировке с ним смеялась и поддавалась, а если речь о жизни пойдет… Не стала бы ставить, кто из нас победит.
Рей подошел и уселся рядом. Я невольно уставилась на его идеальные черные брюки, которые теперь явно будут в пыли и грязи. Его это совсем не волновало, как и всегда в трущобах, а мой мозг отчаянно цеплялся за такие мелочи, пытаясь доказать, что все вокруг неправда, а над ним просто издеваются, скрывая что-то за маской правильности.
— Вернулся, чтобы захватить кое-что отсюда, а уже без меня начали разбираться, — пояснил он спокойным голосом, будто я спросила у него какую-то ерунду.
Я же сходила с ума от противоречий. Казалось, я в опасности и надо бы бежать, но от Рея не исходило никакой угрозы. Все было лишь у меня в голове.
— Прислал бы посыльного, передала бы, — так же спокойно ответила я, будто всегда имела доступ к тайнику и легко могла выполнить такое поручение.
Рей перебирал листы, выискивая то, за чем приехал. Я наблюдала за ним и чувствовала, что каким-то образом он тоже изучал меня, хоть и не отрывал взгляда от бумаг.
Наконец он выбрал сегодняшний конверт, а потом один из старых — тот успел слегка пожелтеть, — и сунул их в карман. Вот так легко и небрежно, как он делал все остальное. Никакого пафоса, никакой мишуры.
— Проблемы? — спросила я. Не знаю, что происходило в этой комнате, но молчать было очень сложно.
Рей невесело усмехнулся, будто я наступила ему на больную мозоль. Качнул головой в ответ каким-то своим мыслям.
— Можно сказать и так. Не складывается с одним заказом.
Я кивнула. Он словно был и не против отвечать мне, но именно это смущало сильнее всего. Как будто… как будто ему уже наплевать, что именно я узнаю, а опыт подсказывал, что так не ведут себя с теми, кого планируют оставлять в живых. Лучше бы он ругался, кричал, выволок меня отсюда, вышвырнул из дома. А Рей обращался ко мне так же любезно, как и всегда.
— Зачем? — спросила я, не став уточнять.
Вопросов было много: зачем стройка, зачем газетные вырезки, зачем расследование, зачем… я? Мне стало интересно, какой выберет он.
Рей вообще не стал выбирать:
— Почему нет?
От привычного интереса в его голосе я расслабилась. Все это по-прежнему было абсолютно неправильно, но почему-то стало чуть легче.