Тропинка быстро закончилась и через пару минут я уже шел в темном ущелье, лучи восхода сюда еще не могли добраться из-за каменных исполинов, только небо над головой было чистым и багряным. Прохладный ветерок дул вдоль ущелья, стояла утренняя тишина. Я шел, считая свои шаги, и не заметил, как подошел к входу в ту самую пещеру.
Громадная черная пасть каменного гиганта смотрела на меня, верхний край входа был выше моей головы на метра три, вход шириной метров в четыре-пять. С пещеры доносился легкий шелест и запах плесени.
Ноги не хотели идти вглубь, стали совсем непослушными, как после нескольких часов в поле, после уборки урожая. Луч света фонарика осветил путь примерно на пять метров. Светодиодные лампы, не смотря на свою старость, еще горели довольно ярко. Свет придавал уверенность, я шагнул вперед. Шаг за шагом продвигался вглубь, тьма позади меня сомкнулась. На удивление, звуков было не много, и страх постепенно отступил. Стало немного интересней и любопытно. Я все более уверенно шагал вглубь, своды периодически суживались и расширялись. Через несколько метров я увидел два ответвления и пошел в левое, которое поворачивало в сторону нашего поселения. Оно было немного уже. Под ногами попадались камни, но было достаточно сухо. Пещеры хорошо проветривались.
Еще метров через двести попалась очередная развилка. Я решил выбрать снова левое ответвление, чтобы не заблудиться. Периодически стал слышен шум капель воды. Пару раз под ноги выскакивали «пискуны» и с диким воплем бросались наутек, смешно переваливаясь с боку на бок. Вообще я слышал истории про гигантских многоножек, червей, но никто из поселения никогда их не видел своими глазами. Трапперы иногда заходили в пещеры для охоты, иногда для того чтобы переждать пылевые бури. И всегда возвращались целыми. «Лютни» в пещерах не водились.
Катя! ... произнес я, даже сам испугавшись. Сказанное достаточно тихо слово в замкнутом помещении было подхвачено невидимыми течениями воздуха и стало разноситься по залам и сводам пещеры, послышалось сначала тихое, потом громкое эхо. Звук продолжал усиливаться, и это было не нормально. Мы изучали физику с бабой Клавдией. Усиливаться он мог только при наличии усиливающего источника или резонанса. Стало совсем шумно, я прижался к стене и закрыл уши руками. Кожа на щеках и руках вибрировала, все гудело. С потолка посыпалась каменная крошка. Я вжимался в стену, все сильней и сильней, присел на корточки и пытался слиться с стеной. Внезапно, все вокруг резко оборвалось. Звук прекратился, оставив только тихое эхо ….. Катин голос... «помоги нам». Я насторожился и быстро достал свой нож, сжав сильней в руке. Так просидел минут десять, сердце бешено колотилось, виски пульсировали. Луч фонаря рывками скакал от стены к стене, но ничего не происходило. «Может послышалось?». Я знал из рассказов о существовании звуковых аномалий, когда неожиданно произнесенные звуки или шум резко усиливались, резонировали. Такие инциденты происходили редко и могли даже приводить к обрушению конструкций зданий, сводов пещер. Никто не знал, откуда они берутся и какова их природа.
Через пару минут, я успокоился и принял решение идти дальше, вглубь. Сырости становилось больше, прохладный ветерок практически прекратился. Пару раз я видел хвосты и черные тушки крыс, которые юрко убегали от света фонаря в тьму. Впереди на потолке я увидел небольшое мерцание света. В верхнем краю свода пещеры свисал мерцающий небольшой полупрозрачный кристалл. Постепенно вдалеке, я увидел еще несколько, и их становилось больше. Их мерцания было достаточно для тусклого освещения пути, и я приглушил свет фонаря.
Послышался посторонний звук впереди, там, где проход резко поворачивал вправо. Звук был похож на треск и шелест, он проникал повсюду. Я медленно пошел вдоль стены, стараясь не касаться липких стен. Вокруг стало сыро и жарко. Пахло гнилью и плесенью. Пискунов и крыс больше не попадалось. После поворота последовало еще несколько крутых виражей, включая пологий спуск и подъем, шум усиливался. Он был похож на шарканье и шуршание. Страх, снова сковал меня, но дороги назад уже не было. Кристаллов на потолке и стенах становилось все больше. Пещера начала расширятся в просторный зал. Звук усиливался и кажется, охватывал каждый уголок этой пещеры. Я увидел на полу под ногами периодически попадающиеся четкие следы, мелкие деревяшки и куски металла. За следующим поворотом попался большой кусок провода. Очевидно, здесь периодически кто-то крупный проходил и пользовался этими туннелями. Неожиданно широкий туннель закончился входом в огромный зал... В нос ударил запах мочи и перегноя. Я чуть не вскрикнул и резко присел….В зале были металлические конструкции похожие на многоярусные неаккуратно собранные кровати… Периодически возвышались металлические конструкции с большими вертикальными столбами и прикрученные к ним поперечно, но меньшими размерами. На них я разглядел привязанные кости с истлевшим и свежим мясом животных и …людей. Да! На нескольких конструкциях виднелись черепа с частично сохранившимися волосами и кожей. Зрелище было тошнотворным, отталкивающим и одновременно притягивающим. Шум не давал думать. Картина не пугала меня, словно ничего на свете не беспокоило меня. Я встряхнулся и понемногу наваждение рассеялось. В рюкзаке из старой аптечки, я тихо достал вату и воткнул в оба уха. Шум стих, думать стало свободней. Такое ощущение, что шум манил меня и заставлял мысли замедляться. Как будто водопад, внутри которого оказался я.