****
Утро встретило его назойливым солнечным светом, пробивающимся сквозь щели в шторах. Голова всё ещё болела, а тело ломило от каждого движения. С трудом разлепив веки, он поднялся с кровати и поплелся в ванную комнату.
Взглянув на свою правую руку, которая была опухшей и синей, Савва наконец задумался о том, что нужно показаться врачу, но сейчас у него не было ни времени, ни желания.
Зеленоглазый пришёл на работу в ресторан немного раньше, чтобы переодеться и подготовиться к смене. Еще издали он заметил Дитмара, который, как обычно, словно ждал его. Тот стоял, облокотившись о стену возле входа в ресторан, и с привычной ухмылкой рассматривал лицо Саввы.
Когда младший подошёл ближе, брюнет на этот раз молчал, не говорил никаких колкостей и подколок.
Парню это показалось странным. Он привык к его язвительным замечаниям, к его наглому взгляду. Что-то изменилось.. Привычная приветливая улыбка исчезла с его лица, сменившись каким-то странным выражением. Его взгляд скользнул по лицу и рукам Саввы, методично и внимательно отмечая каждый синяк и ссадину. На лице мужчины читались обида и возмущение. Савва не мог понять что происходит.
— Чего пялишься? Влюбился, что ли? — буркнул Савва, стараясь скрыть неловкость.
Дитмар с вызовом ответил:
— Даже если так, то что?
Сердце Саввы на мгновение пропустило удар. Он замер на месте, ошеломленный неожиданностью и откровенностью брюнета. Это было признание в любви?.. Или просто очередная провокация? Выжидающий взгляд начальника прожигал его насквозь, заставляя чувствовать себя уязвимым.
— Или ты гомофоб? — продолжал Дитмар, не отводя взгляда.
Парнишка почувствовал, как в груди поднимается волна паники. Он хотел оправдаться, сказать что-то, объяснить, что он не имеет ничего против.. таких, что он просто.. Но слова застряли в горле, словно он проглотил ком. Он вдруг осознал, что его молчание может быть истолковано как согласие, как признание его гомофобных взглядов. Но с какой стати он должен оправдываться перед этим придурком? Пусть себе думает что хочет.
Савва сжал кулаки, развернулся и ушел на кухню, оставив Дитмара стоять с обиженным выражением на лице. Под конец рабочего дня кареглазый видимо заметил, что парню неловко с ним разговаривать после его слов. Он подозвал его к себе пальцем. Тот с недовольным видом подошёл к нему, стараясь не смотреть в глаза. Он чувствовал себя неловко и вообще не понимал, что происходит, и это его раздражало. Брюнет молча изучал его лицо, словно рассматривал произведение искусства. Его взгляд был пристальным и оценивающим, в общем, как и всегда. Дитмар, будто с нотками сарказма в голосе, произнес:
— Знаешь, мне больно смотреть на твоё прекрасное лицо в синяках и ссадинах.
Мужчина взял небольшую паузу, словно подбирая слова, а затем добавил:
— Когда он бил тебя вчера на октагоне.. Я вспоминал, как ты пытался вырваться из моей хватки, как выдыхался от каждого удара в живот..
Он произнес это с каким-то очередным странным возбуждением. Его глаза горели каким-то нездоровым огнем, а на губах играл оскал. Савве показалось, что Дитмар не просто вспоминает бой, а словно переживает его заново, наслаждаясь каждым моментом. Его тон был почти томным, будто он рассказывал о любовном свидании, а не о жестоком избиении. Стало жутко. От осознания, что тот следил за ним. Как этот богатый выскочка узнал о подпольном ринге? Что это - соперничество или одержимость?
Закончив, Дитмар очнулся от фантазий и даже немного смутился. Но тут же взял себя в руки и продолжил, пытаясь говорить более непринужденно.
— Ах, ну, в общем, мне попросту не нравится видеть, как тебя бьют по лицу, это так неприятно, что-ли.. Постарайся больше не приходить на работу в таком виде. — завершил свою речь брюнет и многозначительно посмотрел на юношу.
Тот недовольно цокнул в ответ, стараясь скрыть свою неловкость, но не раздражение. Ему хотелось быстрее уйти и прекратить этот странный разговор.
— Думаешь, мне самому нравится видеть себя в таком состоянии? — огрызнулся он.
Старший улыбнулся, словно услышал именно то, что хотел услышать.
— Может, ты хочешь снова подраться со мной? — вдруг предложил начальник, словно это было в порядке вещей.
Парень усмехнулся. Он понимал, что с ним играют в какую-то странную игру, и ему было интересно узнать к чему же всё это приведёт.
— Неужели тебе нравится, когда я тебя бью? — спросил он, приподняв бровь.
Дитмар улыбнулся в ответ, не отвечая на вопрос. Вместо этого он поднялся с кресла и пошел вперед, направляясь к выходу. Он был уверен в себе и спокоен, будто знал, что Савва последует за ним. И Савва действительно последовал. Желание утереть ему нос в очередной раз оказалось сильнее здравого смысла.