— Я знала, что мы еще встретимся, — сказала она. — Присаживайтесь вон там, — женщина указала на дальний угол, в котором стояли два диванчик и кофейный столик. Видимо, это было ее личным местом.
Георгий прошел первым, ведя за собой Веронику. Его рука была ужасно горячей, словно все его тело одолела лихорадка. Они сели напротив нее. Ласкарис сидел рядом, его плечо касалось ее плеча, а пальцы рук были сплетены между собой.
— Мы хотим знать, — начала девушка.
— Хотите знать как разорвать связь? — усмехнулась рыжеволосая. — Я знаю, но хочу спросить тебя: ты действительно этого хочешь?
— Я… Я не уверенна.
Женщина посмотрела на Георгия. Долго. Так, как будто видела его насквозь.
— А ты?
— Не хочу, — моментально ответил он.
— Не удивительно, — улыбнулась она. В этой улыбке было что-то, что заставило Веронику замереть. — Так что делать будем?
— За этим мы и пришли, — сказала чуть раздраженно Вероника.
— У вас два выбора. Первый: уничтожаете кольцо — уничтожаете связь. Вы сможете дожить только эту жизнь вместе, помня все то, что было до этого, но следующие жизни, если они будут, — вы никогда не встретите друг друга.
— А второй — просто сохранить кольцо и жить? — спросил Георгий.
— Да, самый простой, не так ли? — женщина скрестила свои руки на груди и довольно улыбалась.
Девушка задумалась. Дожить только эту жизнь? Это же хорошо. Он освободится, но у нас будет шанс на счастье. Она взглянула на Георгия. Не было ясно о чем он думает, но всем видом он показывал, что вообще не в восторге от первого варианта.
— Уничтожить кольцо, — тихо повторила Вероника, пробуя слова на вкус. — И мы будем вместе только в этой жизни. А потом — никогда.
— Да, — кивнула женщина, и ее глаза, казалось, видели больше, чем она говорила. — Ты будешь жить свою жизнь. Он — свою. Вы не встретитесь. Никогда. Души разойдутся, как два корабля в ночи. Без памяти. Без тоски. Без надежды.
Девушка смотрела на свои руки. На кольцо, которое так плотно сидело на пальце. На сапфир, который мерцал в полумраке лавки. Она чувствовала его тяжесть. Тяжесть выбора.
— А если я выберу второй вариант? — спросила она. — Если я просто оставлю кольцо?
— Тогда вы проживете эту жизнь с памятью о прошлом, — сказала рыжеволосая. — Вы будете знать, что были друг у друга. Что любили. Что ждали. Что нашли. Вы будете помнить каждую жизнь, каждую боль, каждую надежду. Но вы также будете знать, что в следующей жизни вы встретитесь снова. Что этот круг никогда не прервется. Что вы будете искать друг друга вечно.
Вечно.
— Есть какие-то условия для уничтожения? — спросила Вероника, прежде чем успела вообще об этом подумать. Боковым зрением она видела, как Георгий резко повернул на нее голову.
— Нет, — ответила продавщица, поправляя свои волосы. — Хотя, есть важный нюанс, если кольцо сломается не от твоих рук, то цикл не разорвется. Ты и и твое решение — самое важное. Часть души той девушки в кольце.
— Нет, — начал Георгий. — Нет, Вероника.
— Я не приняла еще решения, — сказала она, смотря на мужчину. Ложь. Она все уже решила.
— Милая, не решай за него.
— А разве он не решил когда-то за меня? — девушка перевела взгляд на рыжеволосую. — Разве нет?
Повисла тишина. Ласкарис снял очки и начал тереть переносицу. Он всегда это делал, когда был максимально потрясен. Вероника смотрела на них двоих и ждала ответа на свой вопрос. В чем я не права?
— Можно нам выйти? — спросил Георгий, обратно очки. — Поговорить.
— Конечно. Вот нам черный выход, — показала рукой женщина позади себя.
Ласкарис резко взял девушку за руку и они вышли на улицу. На улице все также шел дождь, от чего стало моментально холодно. Он прижал ее к стене и поставил свои руки по обе стороны от Вероники.
— Чего ты хочешь? — Дождь уже намочил его волосы и по его лицу стекали холодные капли. От его дыхания и тела поднимался пар.