Последний солдат сошёл с платформы в проход. И тьма поглотила их.
Вышколенные бойцы быстро сориентировались, включив тактическое освещение на броне. Через несколько шагов коридор расширился, и группа вышла в зал, от вида которого перехватило дыхание даже у ко всему привыкших имперских солдат.
Пространство оказалось колоссальным: потолок терялся во мраке, а противоположная стена едва различалась в голубоватом свечении. Пол представлял собой идеальную шахматную доску из чередующихся плит — одни светились мягким синим, другие оставались почти чёрными. Но главное находилось на стенах.
Барельефы. Сотни, если не тысячи фигур, высеченных с невероятной детализацией. Воины древней расы в боевых стойках: их оружие застыло в моменты ударов, блоков и выпадов. Каждая фигура была уникальной, каждая поза — совершенной.
— Красиво, — пробормотал кто‑то из солдат.
— И смертельно, — отозвался Дэриан, останавливая отряд коротким жестом. — Никто не двигается без приказа.
Карина обвела взглядом зал, пытаясь понять закономерность. Плиты явно служили ключом, но каким? Случайный рисунок? Нет, древние не строили ничего просто так. Во всём скрывался смысл, порядок, логика.
— Рен, — позвал Дэриан молодого бойца. — Брось камень на ближайшую тёмную плиту.
Солдат нагнулся, подобрал валявшийся у входа обломок и метнул его вперёд. Камень, описав дугу, упал точно в центр чёрного квадрата, и… Всё произошло за долю секунды. Из стен с обеих сторон выстрелили энергетические лезвия — десятки ослепительно‑синих лучей прошили пространство именно там, где лежал обломок. Они вспыхнули и погасли так быстро, что Карина едва успела моргнуть. От камня не осталось и следа.
— Вот дерьмо, — выдохнул Рен, инстинктивно отступая на шаг.
— Светлые плиты, — предположил Стен. — Может, они безопасны?
— Проверим. — Дэриан кивнул, и Рен швырнул ещё один камень, теперь уже на светящуюся панель.
Результат оказался тем же. Лезвия. Вспышка. Пустота.
— Значит, дело не в цвете, — пробормотала Карина, подходя ближе к краю зала, но не пересекая невидимую черту. Она подняла взгляд на барельефы. Воины… Их было слишком много для обычного украшения. Пальцы девушки потянулись к стене и скользнули по древним символам под фигурами. Странные знаки не походили ни на один известный ей язык, но что‑то в них казалось до боли знакомым.
Браслет на предплечье слабо, почти неощутимо дрогнул, и Карина замерла. Она провела рукой чуть выше — вибрация усилилась. Ещё выше — ослабла. Вернулась на прежний уровень — вновь возросла.
«Что ты пытаешься мне показать?» — подумала она.
Девушка отступила, оглядывая фигуры с нового ракурса. И тут её осенило. Воины не просто застыли в случайных позах: они образовывали последовательность. Как кадры анимации. Или ноты.
— Это не шахматная доска, — прошептала она больше себе, чем остальным. — Это… клавиши.
— Что? — Дэриан резко обернулся.
— Они показывают ритм! — Карина указала на барельефы, всё больше убеждаясь в своей догадке. — Смотрите: каждый воин — это доля. Высокая стойка — высокая нота, низкая — низкая. Оружие вверх — пауза. Это партитура!
— Вы несёте бред, Вэл, — отрезал капитан, но в его голосе прозвучало сомнение.
— Проверим? — Она развернулась к залу, изучая пол. — Если я права, нужно наступать на плиты в определённой последовательности. Словно играть на музыкальном инструменте.
— А если ошибётесь? — холодно уточнил имперец.
— Тогда меня нашинкует в фарш. — Карина пожала плечами. — Есть идеи получше?
Ответом ей была тишина.
— Ну что, была не была. Сыграем! — бросила она и, не дожидаясь разрешения, шагнула на первую плиту.
Светлую. Та вспыхнула под ногой ярче, издав низкий, гулкий тон. Зал наполнился чистым, почти органным звуком. Карина замерла в ожидании расплаты, но ничего не произошло.
— Работает, — выдохнула девушка и посмотрела на следующего воина.
Низкая стойка. Значит, тёмная плита. Она сделала шаг, и пол откликнулся глубоким, резонирующим звуком. Отдельные ноты начали складываться в мелодию — простую, но гипнотизирующую. Карина двигалась дальше, считывая позы со стен: шаг за шагом, нота за нотой. Браслет теперь вибрировал в такт её движениям, будто подсказывая ритм. Или он просто резонировал с энергией зала?
— Это и правда мелодия! — с благоговением прошептал один из солдат.