Они миновали половину зала, когда один из солдат — молодой боец по имени Лем — оступился. Чтобы не упасть, он инстинктивно выбросил руку вперёд, ухватившись за ближайший парящий монолит. И замер.
— Лем? — окликнул его идущий следом Стен. — Эй, ты как?
Солдат не ответил. Он застыл, словно изваяние, а его пальцы, казалось, вплавились в поверхность камня. Кристалл под его рукой налился яростным багрово‑синим светом.
— Лем! — Дэриан рванулся к нему, но было поздно.
Глаза солдата вспыхнули изнутри слепящей лазурью.
— Чужаки… Вы принесли скверну в Залы Памяти… — голос звучал жутко: многоголосый, вибрирующий, древний, как сама планета. — Вы снова пришли разрушать…
Парень медленно, рывками, словно марионетка, повернул голову. Его сияющие глаза остановились на отряде. Он вскинул винтовку.
— В укрытие! — рявкнул Дэриан. — Не стрелять!
Но Лем, не слыша приказа, уже нажал на спуск. Сгустки плазмы полетели хаотично, высекая искры и рикошетя от граней кристаллов. Один из зарядов чиркнул по плечу Стена, прожигая композит брони. Солдат зашипел от боли.
— Прекратить! — Дэриан попытался приблизиться, используя камни как щиты, но одержимый развернул ствол на командира.
Карина действовала на инстинктах. Пока внимание Лема было приковано к капитану, она оттолкнулась от своей платформы. Прыжок — и она врезалась в солдата всем телом, сбивая прицел. Они повалились на жёсткую поверхность, и ладонь девушки с размаху ударила по тому же монолиту.
Вспышка обожгла сознание сильнее предыдущей. Это был не просто страх — это была коллективная оборона. ЗАЩИТИТЬ. НЕ ПУСТИТЬ. СВЯТЫНИ НЕ ДОЛЖНЫ ПАСТЬ. ПАМЯТЬ ДОЛЖНА БЫТЬ СОХРАНЕНА. УНИЧТОЖИТЬ УГРОЗУ.
— НЕТ! — закричала Карина, мысленно посылая импульс прямо в эту сеть. — Мы не враги! Мы не разрушители! Мы… ваши потомки!
Её ментальный крик эхом разнёсся по залу, и все кристаллы разом вспыхнули. Свет стал таким ярким, что стёр границы пространства. Когда сияние угасло, Лем обмяк, потеряв сознание. Лазурь в его глазах потухла. Кристалл под ними потускнел, перейдя в режим ожидания.
Карина тяжело дышала, лёжа рядом с бессознательным парнем. Её рука всё ещё касалась тёплой поверхности камня, и сквозь угасающую связь она чувствовала… удивление. Тысячи сознаний, пробудившихся от её крика, теперь изучали её. Сканировали. Искали подтверждение словам. И, будто признав её достойной, отступили.
А девушка увидела финал их истории. Красная волна странной энергии, противоположной их собственной сути. Осознание конца. И решение: не прятаться, но сохранить. Загрузка сознаний в кристаллы, а генетического кода — в капсулы, отправленные к молодым мирам. Маркеры в генах. Чтобы однажды носители вернулись и пробудили спящих.
— Ген Эхо, — прошептала Карина, когда понимание обожгло её изнутри. Это… наследие. Мы все — их потомки. Носители их памяти. Или не все?
Обдумать как следует эту мысль ей не дали. Дэриан рывком поднял девушку на ноги, разрывая ментальный контакт. Кара пошатнулась, словно пьяная.
— Что вы видели? — требовательно спросил он, встряхнув её за плечи. — Вэл!
— Правду, — выдохнула она, встречая его жёсткий взгляд. — Всё это, — она обвела руками зал, — Хранилище душ. Память древней цивилизации. Их боль, надежды, страхи…
— Разберёмся с философией позже, — отрезал капитан, закидывая бессознательного Лема на плечо. — Двигаемся дальше.
Остаток пути до противоположной стороны зала прошёл в тишине. Кристаллы больше не мешали; казалось, они даже слегка смещались, выстраивая более удобный маршрут. Впереди зиял новый проход: узкий, тёмный коридор, из которого тянуло могильным холодом Бездны.
Узкий коридор вывел их к обрыву, и пространство резко расширилось, ослепив отряд внезапной темнотой. Карина затормозила. Носок её ботинка сбил камешек, и тот канул в бездну. Но звука падения не последовало.
Раскинувшаяся перед ними пропасть казалась бесконечной. Далеко внизу, во тьме, пульсировала багрово‑чёрная сеть — те самые «жилы», которые на поверхности выглядели хаотичными, здесь сплетались в плотный, живой узор. От него исходила волна жара и хищного голода.
— Чёрт возьми, — пробормотал Стен, опасливо заглядывая за край, пока ему латали броню. — Глубоко.
— Больше километра, — подтвердил Йорг, сверяясь со сканером. — Гравитационные аномалии внизу зашкаливают. Если сорвёшься, — голос инженера дрогнул, — разорвёт приливными силами ещё до того, как достигнешь дна.
— Обнадёживает, — процедила Карина, хотя по её спине пробежал ледяной холодок.