Дэриан открыл глаза, уставившись в равнодушную бездну. У него не было идей. Вся его картина мира рухнула, а для построения новой критически не хватало данных. Всё, что он знал о своём отце и истинных целях командора Вейла, оказалось многослойной, искусно сшитой ложью. Пальцы инстинктивно сжались в кулаки. Как же ему хотелось вернуться, схватить командора за грудки, прижать к стене и вытрясти, выбить из него правду до последней капли.
Тихий пневматический вздох герметичной двери прервал его мрачную рефлексию. Послышались мягкие, почти бесшумные шаги по металлическому настилу, но Дэриан не обернулся. Ещё до того, как его рецепторов коснулся резкий, густой аромат жареных кофейных зёрен, он почувствовал её пробуждение.
— Не спится? — спросила она, протягивая одну из кружек.
Её голос, прозвучавший чуть хрипло со сна, защекотал что-то внутри и разлился приятным теплом по телу. Было в её тоне нечто интимное, домашнее, из-за чего безумно хотелось схватить стоящую рядом женщину, усадить на колени и зарыться носом в…
— Спасибо, — принимая кружку, Дэриан постарался не думать о своих странных порывах.
Металл приятно обжёг ладонь сквозь перчатку. В Империи на боевом дежурстве пили стим-каф — синтетическую химическую дрянь, по вкусу напоминающую помои; запах был соответствующим. То, что плескалось в кружке сейчас, пахло подозрительно приятно. Дэриан настороженно принюхался к тёмному напитку, ожидая подвоха.
— Удивлён? — произнесла она со смешком. — Поверь, я тоже. Тут не только еда приличная, но даже кофе не такой поганый: вкус есть, и пахнет почти натурально.
Она сделала ещё один глоток, грея руки о тёплый металл.
— Не чета той бурде, что варят в портовых доках на границе. Я уж не знаю, кого именно раскулачил твой драгоценный Вейл, чтобы так кормить своих ручных убийц, но пить это определённо можно.
Дэриан посмотрел на неё поверх кромки кружки, делая пробный глоток. Вкус оказался неожиданно глубоким, с плотной терпкой горечью и едва уловимыми нотками тёмного шоколада. Напиток прокатился по горлу, оставляя долгое, согревающее послевкусие.
— Ты знаешь вкус натурального кофе? — с лёгким удивлением спросил он, побуждая Карину к откровенности.
— Это был любимый напиток Тары, — пожав плечами, отозвалась девушка. — Она варила его на огне в турке. Честно говоря, тогда он казался мне отвратительно горьким.
— В детстве я тоже больше любил горячий шоколад, — неожиданно для самого себя хмыкнул Дэриан, погружаясь в воспоминания. — Мама иногда варила его для меня…
Он осёкся и замолчал, с удивлением глядя в кружку. Ему казалось, что все воспоминания давно стёрты, но знакомый запах и горьковатый вкус всколыхнули в памяти один забавный эпизод. Маленький Дэриан пробрался в кабинет отца и, сгорая от любопытства, забрался в рабочее кресло. С важным видом осмотрев стол и бумаги на нём, мальчишка украдкой отпил из фарфоровой чашечки чёрный тягучий напиток, однако тот оказался невероятно горьким и противным. Совершенно не похожим на то, что варила для него мама.
Картинка была такой яркой, настолько наполненной запахами и звуками, что он на мгновение потерялся.
— А в детстве ты был непоседой, — произнесла Карина с лёгкой улыбкой на губах, такой тёплой и нежной, совсем не похожей на её привычную ухмылку.
В её чуть затуманенных глазах плясали смешинки. И снова Дэриан почувствовал навязчивое желание обнять эту женщину, ощутить вкус её губ, увидеть дымку страсти в этих глубоких карих глазах.
— Ты уверена, что мы не приведём хвост к твоим заказчикам? — он резко сменил тему, сжимая кружку так, будто она была единственным, что удерживало его в настоящем.
— Зири подчистил следы, — тихо ответила она, глядя прямо на него. — Сигнатура этого шаттла теперь выглядит как мусорный фрахтовщик с перебитыми номерами.
Дэриан задумался на пару секунд. Услышанное удивило его, но вместе с тем прояснило многие неочевидные моменты их почти годового противостояния с Вэл.
— Так вот как тебе удавалось нас дурачить, — хмыкнул он, не спеша отпив кофе.
Карина мысленно пожала плечами: комментировать это не имело смысла.
— Но есть проблема, — продолжил Дэриан, впрочем, и не ожидавший от неё особой реакции. — Так можно обмануть только ищеек Вейла. Визуально мы всё равно засветились…