— Туда, — глухо бросила она, кивнув на зияющий пролом в стене.
— Вперёд, — скомандовал Дэриан.
Отряд двинулся вглубь руин. Тяжёлую тишину неприветливого мира нарушали лишь шорох пепла под ботинками да шипение кислородных фильтров. Синие жилы на стенах отбрасывали призрачный свет, до неузнаваемости искажая тени. Красные же излучали чистую угрозу: Вэл ощущала её всем существом, будто сердце невольно подстраивалось под их рваный ритм.
Резкий треск слился с ослепительной багровой вспышкой, на миг дезориентировав всех. Один из солдат вскрикнул.
— Доложить! — голос Дэриана хлестнул как кнут.
— Статический разряд. Пробило броню. Лёгкий ожог, — солдат говорил отрывисто, но даже сквозь фильтры вокса пробивались боль и испуг. — Я в порядке, — торопливо добавил он не по уставу.
Дэриан бегло осмотрел пострадавшего. На белой броне зиял оплавленный чёрный след. Карина заметила, как на миг напряглись плечи капитана. А может, ей лишь хотелось верить, что хотя бы к своим подчинённым он относится по-человечески.
— Держитесь подальше от красных жил, — озвучила она очевидное.
Отряд сделал короткую остановку: бойцу ввели антидот и наложили на пробой герметичную заплату. Затем движение возобновилось.
Карина не отрывала глаз от экрана, но периферийным зрением продолжала фиксировать детали: странные символы на стенах, напоминавшие помесь иероглифов и математических формул, и глубокие борозды на камне, словно оставленные гигантскими когтями. И главное — липкое, неотступное чувство устремлённого в спину чужого взгляда. Она никогда не страдала паранойей, но сейчас инстинкты буквально вопили об опасности.
Мёртвый город молчал. Его зловещая тишина была пропитана многовековой враждебностью. Он будто приглядывался к незваным гостям, выжидая момент для броска — как хищник, изучающий добычу перед атакой.
Отряд всё глубже погружался в лабиринт руин. Ощущение чужого присутствия стало почти осязаемым. Солдаты нервно поводили стволами, явно тоже испытывая это давящее чувство. Карина, вцепившись в сканер, старалась не думать об опасности. Точка сигнала оставалась стабильной, но карта вокруг рябила помехами. Воздух будто сгустился, дышать через фильтр становилось всё труднее.
— Что-то не так, — пробормотала она, хмурясь.
Дэриан, шедший рядом, резко повернул голову:
— Докладывайте, Вэл. Чётко, по существу!
— Если по делу, капитан, то ваши приборы — хлам, — огрызнулась она, ткнув пальцем в экран. — Топография плывёт. Сканер показывает ровную площадку, а я вижу склон. И помехи… они, не знаю, как сказать, будто структурированы.
Он шагнул ближе, заглядывая через её плечо. Карина стиснула зубы: близость этого подонка выводила из равновесия, а он, словно зная о её реакции, намеренно действовал на нервы. Благо глухой шлем брони скрывал его лицо. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, девушка уже собиралась показать, что именно её беспокоит, как вдруг мир содрогнулся.
Земля под ногами задрожала. Склон, на который они только что вышли, резко ушёл вниз, и следом раздался низкий, протяжный стон, будто вздохнула сама планета. Пыль и обломки, вопреки гравитации, поползли вверх по противоположному скату. А вот людей неумолимо потянуло вниз. Один из солдат, потеряв равновесие, взмыл в воздух и, беспомощно размахивая конечностями, поплыл к центру образовавшейся воронки.
— Гравитационная аномалия! — рявкнул Дэриан. — Всем назад!
Но было поздно: их с силой швырнуло вбок. Карина вскрикнула, ударившись плечом о стену. Сканер выскользнул из рук. Мир накренился, вестибулярный аппарат взбунтовался. Солдат неотвратимо тянуло к центру этой ловушки, где гравитация сплелась в невидимый узел.
«Чёрт!» — пронеслось в голове Карины. Она постаралась зацепиться взглядом за ближайший валун, чтобы остановить головокружение.
Когда ей это удалось, тошнота немного отступила. Цепляясь за выступы, девушка доползла до сканера. Обернувшись, она замерла перед открывшейся сюрреалистичной картиной.
В самом центре провала раскинулась поляна грибов. Невысокие, с широкими шляпками, они мерцали тошнотворным фиолетовым светом и покачивались, словно на ветру. От них расходились видимые волны, искажавшие воздух. Солдаты барахтались, как перевёрнутые жуки, безуспешно борясь с гравитацией.