Это был продуманный, хладнокровный план побега. Лара смотрела на него, на его профиль, вырисовывавшийся на фоне тёмного неба, и видела перед собой не печального призрака, а стратега, ведущего свою войну.
Через несколько часов океан успокоился. Вода превратилась в чёрное, гладкое зеркало, в котором отражались мириады звёзд. Тьягу сбавил ход, и рёв мотора сменился тихим, убаюкивающим урчанием. Он включил автопилот и подошёл к Ларе.
— Как ты? — спросил он.
— Жива, — она слабо улыбнулась. — Просто немного… ошеломлена.
Они стояли на корме, глядя на звёздное небо. Оно было таким огромным, таким близким, каким бывает только в открытом море.
— Я никогда не видел их так, — тихо сказал Тьягу, следя за её взглядом. — Из моего окна в поместье они всегда казались далёкими и холодными. А здесь… они живые.
Он взял её руку. Его ладонь была тёплой и сильной.
— Лара, — начал он, и его голос был серьёзным. — Я хочу, чтобы ты поняла. То, что нас ждёт на Азорах… это невероятно опасно. План, который мы нашли в книге, — это всего лишь теория. Мы не знаем, как поведёт себя камень. Мы не знаем, что произойдёт, когда мы попытаемся его расплавить. Шансы на то, что мы выживем… они невелики.
Она молча слушала его.
— Ты не обязана идти со мной, — продолжил он. — Я могу высадить тебя в Алгарве. Сеньор Бастуш даст тебе деньги, новые документы. Ты сможешь уехать. Начать всё сначала. Забыть всё это, как страшный сон.
Он говорил это, но его глаза умоляли её об обратном. Он только что обрёл свободу, обрёл жизнь, и мысль о том, чтобы снова остаться одному, была для него невыносима.
Лара медленно покачала головой.
— Во-первых, — сказала она, и её голос звучал твёрдо, — я единственный реставратор, который знает, как обращаться с проклятой астролябией. Во-вторых, без меня ты в лучшем случае устроишь пожар, а в худшем — взорвёшь половину Азорских островов. И в-третьих….
Она сделала шаг к нему, заглядывая ему в глаза.
— Куда я пойду без тебя, Тьягу? В мою пустую квартиру? К моей скучной работе? К моей жизни, в которой не было ничего настоящего, пока я не встретила тебя? Ты — самое невероятное и самое реальное, что когда-либо случалось со мной. И если нам суждено погибнуть в жерле вулкана, пытаясь спасти мир, — что ж, я не могу придумать лучшего финала для своей истории.
Он смотрел на неё, и в его глазах стояли слёзы. Но это были слёзы не печали, а счастья.
— Я люблю тебя, Элара Вэнс, — прошептал он. — Я любил тебя с того самого момента, как ты вошла в мой дом, такая живая, такая настоящая, и отказалась бояться моих призраков.
— Я тоже люблю тебя, Тьягу де Алмейда, — ответила она. — Или как там тебя теперь… Рейш?
— Какая разница, — он улыбнулся, и это была первая по-настоящему счастливая, беззаботная улыбка, которую она видела на его лице.
И он поцеловал её.
Глава 51. Мир за стенами
Рассвет в Алгарве был полной противоположностью туманной меланхолии Синтры. Тёплый, влажный воздух пах соснами и цветущим гибискусом. Их лодка бесшумно вошла в маленькую, укрытую от посторонних глаз частную марину, где среди роскошных яхт их уже ждал один-единственный человек.
Сеньор Бастуш был человеком из другого времени. Невысокий, сухопарый, в безупречном, хоть и слегка старомодном льняном костюме, он стоял на пирсе, опираясь на трость с серебряным набалдашником. Когда Тьягу и Лара сошли на берег, он не поклонился, но в его взгляде было вековое уважение.
— Сеньор Рейш, — сказал он, и его голос был сухим, как шелест старого пергамента. — Рад видеть вас в мире живых.
Он протянул Тьягу небольшой кожаный портфель.
— Здесь всё, что вы просили. Новые документы. Ключи от машины. И телефон, который невозможно отследить.
Тьягу открыл портфель. Внутри лежали два новеньких португальских паспорта на имена «Тьягу Рейш» и «Элара Вэнс», кредитные карты и пачка наличных. Это было их официальное прощание с прошлым.
— Новости, Бастуш? — спросил Тьягу, переходя сразу к делу.
— Плохие, сеньор, — без обиняков ответил старый поверенный. — Инспектор Алмейда — не дурак и не лентяй. Он не поверил в вашу историю с ограблением и запросил поддержку из Лиссабона. Исчезновение Катарины де Соуза, чья семья имеет вес в правительстве, превратило ваше маленькое дело в расследование национального масштаба. За вами охотятся не просто как за беглецами, а как за особо опасными преступниками.
Он сделал паузу.
— А Орден… он затих. Полностью. Они исчезли со всех радаров. И это пугает меня больше всего. Это значит, что они сменили тактику. Они больше не будут атаковать в лоб. Они будут ждать. И использовать против вас весь аппарат государства, который, как я подозреваю, они давно и успешно инфильтровали.