Но договорить не смог, так как сиреневое пятно резко дёрнулось и острая боль точечно пронзила бедро. «Шприц», — понял я запоздало. Увы, сопротивляться не было никаких сил.
— Простите меня, господин Легран, но я работаю на вашего отца и выполняю лишь его распоряжения.
Глава 33. Спустя полтора месяца
Мирослава
— Слава, ты идёшь?
— Да-да, конечно. Сейчас, только скину инструкцию новичку.
— Ты опоздаешь.
— Погоди, клиент даже не понимает, где смотреть статистику сопротивляемости существ к оружию…
— Сла-а-ав. У тебя приём через три минуты.
— Хорошо, бегу. Подожди меня тут, пожалуйста.
— Конечно.
— Слава, куртку!
— Да здесь три шага, мне не нужна.
Я торопливо захлопнула крышку новенького ноутбука, положила на тканевое сиденье флаера и выскочила на улицу, одёрнув толстовку. Ноутбук, как и многое другое, подарил Тимофей. За последние полтора месяца этот мужчина стал настоящим кругом спасения, обеспечив всем что нужно материально и помогая советами буквально на каждом шагу. Он же и настоял, чтобы я прошла полное медицинское обследование после выстрела «агонией» в упор.
«А если всё же какая-то из пуль разорвалась и сейчас циркулирует у тебя в крови? Слава, я не хочу, чтобы ты внезапно умерла», — строго сказал он, и… мне пришлось согласиться. В клинике выяснилось, что выживший после применения «агонии» — это такая редкость, что неизвестно, как правильно проводить лечение. В итоге мне назначили еженедельное диагностическое обследование.
— Сложно проверить целиком организм за раз и убедиться, что с вами всё в порядке, — развела руками молоденькая док после первого приёма. — «Агония» — уникальная разработка, и у нас столь мала статистика удачных случаев излечения, что хотя бы полтора месяца вам надо наблюдаться. Мало ли что пойдёт не так? Лучше перестраховаться.
Пришлось согласиться. Тем более что Тимофей вновь воспользовался лицензией дока, подсуетился и сделал так, чтобы эти приёмы были для меня бесплатными. В последние полтора месяца он только и делал, что заботился обо мне. Купил одежду и вещи первой необходимости, оформил туристическую визу, чтобы я проживала на Танорге легально и меня не выставили вон при первой же проверке документов, ненавязчиво помог с работой. Пару раз Тимофей брал меня с собой в свой стоматологический кабинет и «случайно» знакомил с обеспеченными молодыми людьми, которые, как оказалось, никогда раньше не играли в «Эхо Танорга», но только услышав название игры и мою профессию, сразу же записывались на сессию. У новых клиентов тут же нарисовались приятели, которые тоже горели желанием попробовать себя в «Эхо». Я лишь изумлённо разводила руками и записывала всех в ежедневник по тройному, как настоял Тимофей, тарифу.
— Поверь мне, девять кредитов — это сущая ерунда, — говорил Тим.
— Да какая же это ерунда?! Это огромные деньги! — восклицала я, не понимая, как люди вообще могут столько тратить на игры. Это же целое состояние на развлечения, если принять во внимание регулярность наших занятий…
— Ты не с той стороны на это смотришь, Слав. Вега чуть не откололась от Танорга. Люди после мировых стрессовых ситуаций, таких как пандемии, кризисы и катастрофы, ищут способы справиться с тревогой и эмоциональным напряжением. Одним из таких способов являются игры. Не все привыкли обращаться к психологам, в некоторых кругах это может считаться слабостью. Игры — это безопасный способ борьбы с эмоциональными трудностями и разгрузка мозгов. Ты берёшь существенно меньше, чем психологи, так что считай, что всё честно.
Тимофей каждым жестом, словом и действием показывал свою заботу, но в какой-то момент я почувствовала, что она начинает душить. Благодаря тому, что на планете гравитация больше, чем на спутнике, мне не требовалось столько часов проводить в тренажёрном зале. Наконец-то образовалось свободное время, которое Тимофей попытался занять… собой. Если вначале это были ненавязчивые экскурсии по Таноргу, то со второй недели пошли настойчивые приглашения в парки аттракционов, иллюзионы, рестораны… На третью неделю моего пребывания на Танорге я вызвала Тима на серьёзный разговор и попыталась донести, что бесконечно благодарна за помощь, обязательно верну долг, но встречаться с ним не буду.
Он обиделся за то, что я собираюсь отплатить.
— Да как ты могла подумать, что я намекаю на деньги?! Я же не поэтому тебе помог, а по-дружески! Мне вообще от тебя кредитов не нужно! — кричал Тим, будто фразой «я всё верну в течение года» я его жестоко оскорбила.