Воды у Мирославы, как и следовало ожидать по закону подлости, отошли прямо во время очередной тренировки в «Эхо». Понятия не имею, что сказал «Славян» подопечному, но меня она набрала уже из роддома, сыпля совсем неэтичными проклятиями вперемешку с обещаниями, что никогда на свете я больше не притронусь к ней без средств контрацепции. А ещё через двенадцать часов у нас родилась малышка, которую мы назвали Боженой.
После рождения дочери на некоторое время я выпал из обоймы и передал дела своим помощникам. Когда Божене исполнился годик, мы всей семьей полетели на Цварг. Впервые на своей памяти я увидел плачущего от счастья отца.
***
Где-то около полугода спустя после операции в космопорту Веги
Ален Легран
Это было приятное солнечное утро. Я поцеловал свою сонную и прекрасную беременную Мирославу и помчался в офис СПТ. Дел накопилось невпроворот. Моя энергичная жена упрямо продолжала вести тренировки новичков в «Эхо», а я так волновался за её состояние, что ежедневно уходил с работы точно по расписанию или даже чуть раньше, чтобы проверить, как она. В итоге пришёл к выводу, что самое продуктивное время дня — утро, пока Мирослава спит.
Я необычно быстро добрался до офиса, бросил короткое приветствие Глебу, Велесу и Олафу и направился в свой кабинет. По пути поздоровался с Платоном — да, теперь он тоже работал в моём отделе, это было одним из многочисленных условий, которые я выдвинул Елисею Варфоломеевичу, когда тот на радостях захотел не только скинуть на меня отдел наркоконтроля, но и повесить всю безопасность на спутнике.
— Шеф, вас ждут! С самого утра! — Платон, временно исполняющий обязанности секретаря, пока мне не нашли такового, возник в дверях. В целом он меня устраивал, так что я не торопил отдел кадров.
— В смысле с утра? — Я завис на секунду-другую и посмотрел время на коммуникаторе. Шесть сорок. — Я и так пришёл раньше официального начала дня.
— Э-э-э… — Программист тоже перевёл взгляд на время и поправился: — Рассвет сегодня был в четыре двенадцать, а гражданин пришёл в четыре двадцать две, то есть технически уже утром.
Так, понятно. Надо всё-таки поторопить отдел кадров. Программисты… специфические люди.
— Ясно. Спасибо. У него есть какая-то информация по всплывшим наркотикам? Глеб или Олаф могут его принять, если никого в отделе по связям с общественностью пока ещё нет?
— Э-э-э… — вновь загрузился Платон. — Вообще-то он к вам. Так и сказал: я к старшему комиссару Алену Леграну.
Я мысленно застонал. Это проклятое правило Танорга, что полицейские обязаны выслушивать граждан, если те обращаются адресно… Уже потом можно передать человека в отдел по связям с общественностью или профильным криминалистам… Моё имя в последние месяцы гремело по головизору, так что раз в неделю стабильно находилось несколько просителей, которые были уверены, что уж я им, конечно же, помогу в проблеме. Я посмотрел на стопку документов, над которыми планировал поработать с утра, и махнул рукой:
— Зови.
Лучше сначала отделаться от всего неприятного, а уже потом заняться делами, чтобы никто не отвлекал. Платон исчез из кабинета. То ли посетителя долго не было, то ли я завис над фотографией беременной Мирославы на рабочем столе, но к тому моменту, как в комнате возник брат жены, я уже и забыл, что ожидал просителя.
— Ален, здравствуй. Сложно к тебе нынче пробиться. — Он усмехнулся, протягивая ладонь.
— Какими судьбами?
Я ответил рукопожатием, рассматривая крупную фигуру Никиты: внушительные плечи, рост выше среднего, крепкая шея — явное свидетельство профильных тренировок. Признаться, никогда бы не подумал, что он младший брат Мирославы. Слава упоминала, что ему только-только исполнилось двадцать, но взгляд серьёзный, чуть настороженный, взрослый. Такой может принадлежать молодому мужчине со сформировавшимся характером, но никак не парню или подростку, к коим было принято относить двадцатилетних таноржцев.
— Так я вот… с просьбой пришёл. — Рябинин развёл руками. — Хочу, чтобы ты помог с одним делом. У меня имеется достоверная информация о незаконной деятельности на Веге. Нелегальные махинации с обогащением в особо крупных размерах. Разумеется, в рамках полевой практики при Полицейской Академии.