— Ау-у-уч, больно, — зашипела я, не выдержав. — Аккуратнее!
— Заткнись, дура, — крякнул в ответ этот парнокопытный.
— Пройдите сюда, пожалуйста. Следующий. Вы, пожалуйста, — бубнили роботы всё ближе и ближе.
— Почему я?! — визгливо вскинулась какая-то девушка с зелёным ирокезом. — Вколете какую-нибудь дрянь, я копыта отброшу, а вы скажете, что так и было! Знаю я вас! У троюродной сестры два дня назад дочь пропала, а сегодня её нашли мёртвой за рулём флаера, которые она сроду не водила! А-а-а, я никуда не пойду и не дам себя трогать!
— Пройдите сюда, пожалуйста.
Я ощутила, как плотная металлическая пятерня наручником схлопнулась на моём предплечье и вытянула в сторону за ограждение. Это, конечно же, был робот. Армированный карбоновый корпус был раскрашен в жёлтый цвет с черными полосами, чтобы издалека предупредить людей, что перед ними страж закона, но я всё равно не смогла не вздрогнуть.
— Пройдёмте. — Полицейский настойчиво предлагал пойти в палатку, и, клянусь, если бы я не знала, что это государственные службы, уже давно бы дала дёру.
«Ты на улицу когда в последний раз выходила? В курсе, что там происходит? Любящий брат точно не послал бы тебя гулять», — запоздало всплыли слова Карины в памяти.
— Приготовьте удостоверяющие личность документы.
— Да, конечно.
Я машинально сунула руки в карманы и обнаружила что-то прохладное и продолговатое. Секунда ушла на то, чтобы узнать форму предмета, который я всегда видела за прозрачной створкой холодильника в «Кибертитанах».
«Ампула с допингом! Этот урод не стал совать её в ботинок, он решил подставить меня и кинул в мой карман. А удар по рёбрам был с целью отвлечь!»
«Если будет обыск, то допинг найдут, а он запрещён», — молнией прострелило в голове.
«А если это вообще не допинг, а что похуже?!»
Отдельные выкрики людей на фоне мгновенно превратились в глухой гул, в ушах замолотило, спина вспотела. Я буквально физически ощутила, как нервы натянуло до предела, паника скрутила внутренности. Каждый новый звук — будь то шорканье робота или собственное чересчур громкое дыхание — заставлял вздрагивать.
Полицейский остановился у входа в палатку. Развернулся. Холодные жёлтые глаза-фонарики уставились на меня.
— Вы очень сильно волнуетесь. У вас повышенный пульс и потоотделение.
До меня запоздало дошло, что он меня просканировал. Я торопливо убрала руку от пузырька в кармане и вытянула идентификационную карту.
— Да, я нервничаю, — призналась открыто. — Здесь очень много людей, я боюсь такой толпы.
— Здесь также много и стражей порядка, — механически ответил робот, изучая протянутый документ. — Всё в порядке. Спасибо, Мирослава Рябинина. А теперь пройдите, пожалуйста, в палатку.
«Ну да, обыски согласно статье 16.5/3 должны проводиться в приватной обстановке без лишних свидетелей», — всплыла в голове ещё одна не самая нужная информация.
— Зачем?
— Потому что мы хотим взять вашу кровь.
Прода 15.04
— Что?
— Мы берём кровь на анализы всех жителей Веги. Не так давно на одном из заводов был несанкционированный выброс отходов. Мы исследуем, не нужна ли кому-то из людей помощь, так как первые признаки отравления незаметны. Это неопасно, если взяться за лечение в максимально сжатые сроки. Пройдите, пожалуйста, в медицинскую палатку.
— А можно я сдам кровь здесь? Не заходя внутрь? — протянула я, оглядывая совершенно непрозрачный тент.
Кто знает, что происходит внутри? Больше всего на свете хотелось послать всё в космос и отказаться наотрез от сдачи крови, но я прекрасно знала процедуру. Если я уклоняюсь от сотрудничества с СПТ, то должна это хоть как-то аргументировать. Робот достанет длиннющий протокол, и я застряну здесь минимум часов на пять, после чего попаду в списки не очень благонадёжных граждан. Последнее означает, что в случае любого инцидента первые подозрения будут падать на меня. Неизвестная ампула жгла кожу через одежду и оттягивала карман. Хотелось избавиться от неё поскорее и Ника найти, разумеется.
— У вас клаустрофобия? — вопросом на вопрос ответил робот.
Я кивнула.
— Да. И боязнь толпы. Так что я прямо тут сдам кровь и пойду. Хорошо?
— Хорошо. У вас нет такой пометки в документах, я сейчас сделаю. В следующий раз мы постараемся вас беспокоить исключительно в нелюдном открытом месте.
«Счастье-то какое! Может, вообще меня беспокоить не будете?» — чуть не ляпнула я, но вовремя себя одёрнула.