— Правда? — спросил он, немного успокоившись. — А какой он был?
Тарья на мгновение закрыла глаза, борясь с нахлынувшими воспоминаниями. Она не могла рассказать ему правду. Не сейчас.
— Он был самым храбрым воином, которого я знала. Сильным, справедливым…
В её памяти вспыхнули ужасные картины того дня, когда всё изменилось. День, когда их род был истреблён, когда её жизнь превратилась в кошмар. Теперь Они жили и прятались в маленьком городке на окраине империи эльфов, скрывая свое истинное имя. Но слухи распространялись быстрее лесного пожара.
Мать-одиночка, воспитывающая полукровку… Тарья не раз ловила на себе презрительные взгляды сородичей. Это ранило её до глубины души.
Когда Тэрон родился, весь городок узнал правду. Повитуха, принимавшая роды, не смогла сохранить тайну. Черты лица мальчика выдавали его происхождение. Его чёрные волосы, его необузданный характер — всё напоминало о том дне.
К счастью, со временем его глаза изменились, став такими же зелёными, как у матери. Но характер… характер иногда проявлял отцовские черты — необузданный, вспыльчивый, почти жестокий.
— Мам? — голос Тэрона вырвал её из воспоминаний. — Ты в порядке?
Тарья улыбнулась, стараясь скрыть свои истинные чувства.
— Да, сынок. Просто… просто помни, что ты должен быть сильнее. Ты — наследник великого рода, и ты должен вести себя достойно.
Она поднялась, взяла его за руку.
— Пойдём домой. Нам нужно придумать, как починить твоего единорога.
Тэрон кивнул, немного приободрённый. Он не знал всей правды, и, возможно, так было лучше. Пока что.
Тэрон устроился в уголке их небольшой комнаты, уютно свернувшись в старом кресле. В руках он держал потрёпанную детскую книжку с яркими, красочными иллюстрациями. Его маленькие пальчики осторожно перелистывали страницы, а глаза внимательно изучали каждую деталь нарисованных сцен.
«И тогда демон почувствовал…» — читал мальчик по слогам, старательно выговаривая каждое слово. «Что его сердце заболело оттого, что он понял, какой он злой».
Он поднял глаза на картинку, где был изображён рогатый демон, схватившийся за сердце в мучительном осознании своей злобы. Этот момент глубоко тронул душу маленького эльфа.
— Мам, а демоны действительно такие злые, как написано? — спросил он, оторвавшись от книги.
Тарья, которая в этот момент сосредоточенно готовила ужин на небольшой кухне, замерла, её руки на мгновение перестали двигаться.
— Ты не представляешь, насколько, Тэрон, — ответила она, стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо и уверенно. — Демоны очень злые и плохие. Твой отец ненавидел их всем сердцем и истреблял их, как только видел.
В глазах мальчика вспыхнула решимость, смешанная с чем-то тёмным и опасным.
— Мам, я тоже буду охотиться на злых демонов! Никакой демон не уйдёт от меня! — его маленький голос звучал твёрдо и решительно.
Тарья лишь покачала головой, не оборачиваясь. Она ничего не сказала в ответ. В глубине души она и сама была готова уничтожать этих существ, но те силы, которыми она обладала когда-то, давно покинули её. Теперь она могла лишь направлять сына, формируя в его сознании образ благородного воина, даже если реальность была совсем иной.
Она знала, что однажды правда может выйти наружу, но сейчас было не время разрушать иллюзии, которые помогали им обоим выживать в этом жестоком мире.
Тэрон проснулся посреди ночи от невыносимой боли в глазах. Казалось, будто тысячи иголок впивались в его глазные яблоки. Он тёр глаза руками, пытался умыться холодной водой, но жжение только усиливалось. Мальчик в панике разбудил мать.
— Мам, мне кажется, с моими глазами что-то не так! — всхлипывал он, прижимаясь к её постели.
Тарья мгновенно проснулась. Её сердце замерло, когда она увидела искажённое болью лицо сына. Женщина зажгла свет и замерла, не в силах пошевелиться. Зелёные глаза её мальчика словно горели изнутри потусторонним, неестественным светом.
— Мам, я плохо тебя вижу, ты как будто превращаешься в свет. Мне страшно, — прошептал Тэрон, хватаясь за её руку.
Женщина лихорадочно металась по комнате в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь. Но в их маленьком доме не было ни целительных артефактов, ни зелий. Её собственные магические силы давно были исчерпаны — магический источник, некогда дававший ей мощь, теперь зиял глубокими трещинами, больше не способный удерживать даже крупицу маны. Она была абсолютно бессильна.
Всю ночь Тарья просидела рядом с сыном, наблюдая, как его глаза превращаются в два ярких зелёных огонька. Магия неумолимо меняла его, превращая в нечто иное. К утру мальчик полностью ослеп. Теперь он видел только магический фон, который излучали окружающие предметы, но обычное зрение навсегда покинуло его.