Тэрон застыл, его тело напряглось от неожиданности.
— Полукровке? — резко спросил он, поворачиваясь к демону.
— О чём ты говоришь? — его голос звучал твёрдо, но внутри всё сжалось от недоброго предчувствия.
Демон усмехнулся, кивком указывая на безвольную фигуру Шади.
— Эта девчонка, — произнёс он с явным наслаждением, — такая же полукровка, как и ты.
Эльф почувствовал, как мелкие раны на его теле начали затягиваться, окутанные зелёным свечением.
— Да-а-а, — протянул демон, наблюдая за этим процессом. — Узнаю кровь Ашнага.
— Ашнага? — переспросил Тэрон, стараясь скрыть своё волнение. Каждое слово этого демона рождало все новые вопросы.
Демон расхохотался.
— Ха! Да ты даже не знаешь своего попашу? — в его голосе звучало неприкрытое удивление.
В этот момент Тэрон почувствовал, как земля буквально уходит из-под ног, но сумел удержать контроль над собой.
Демон поднял свой огромный молот, который в его руках казался невесомым, и начал угрожающе вращать им, словно это была простая игрушка.
— Повезло, — произнёс он, приближаясь. — Если не получится насадить эту девку на член, то хоть сожру твоё сердце и получу частичку силы Ашнага. Хороший день!
С этими словами он ринулся в атаку.
Тэрон бросился в атаку первым, его движения были стремительны, как молния. Клинки «Ай» и «До» описали в воздухе смертоносную дугу, целясь в незащищённую шею демона. Но противник лишь лениво отмахнулся, и эльф с трудом увернулся от сокрушительного удара молота, который оставил в земле глубокую воронку.
Демон расхохотался, его голос эхом разнёсся по округе:
— Что, полукровка, не получается??
Эльф не ответил. Он кружил вокруг противника, словно ястреб, выискивая малейшую возможность для атаки. Его клинки сверкали в воздухе, высекая искры при каждом столкновении с бронёй демона. Но все удары были бесполезны — броня держалась крепко, на ней не оставалось ни царапины.
Демон сделал ложный выпад, заставив Тэрона отступить. Затем резко развернулся и обрушил молот на то место, где только что стоял эльф. Земля содрогнулась, камни разлетелись в стороны. Тэрон кувыркнулся через голову, приземлившись в нескольких метрах от места удара.
Противник наступал, его движения были неторопливыми, но мощными. Каждый взмах молота заставлял землю дрожать, а воздух содрогаться от мощи удара. Эльф уворачивался, прыгал, скользил по земле, но никак не мог найти брешь в защите демона.
Демон внезапно ускорился. Его молот превратился в размытое пятно, обрушиваясь на эльфа со всех сторон. Тэрон едва успевал отводить удары, его клинки звенели от напряжения. Один особенно сильный удар отбросил воина назад, и он едва не выронил оружие.
Собрав все силы, Тэрон бросился в новую атаку. Он наносил удары с разных сторон, пытаясь найти слабое место в броне противника. Но демон играючи отбивал все атаки, словно сражался с ребёнком.
Эльф почувствовал, как усталость начинает брать верх. Его движения становились всё более предсказуемыми, а удары — слабее. Демон же, казалось, только входил во вкус битвы, наслаждаясь каждым моментом своего превосходства.
Тэрон заметил, как при определённых движениях между пластинами брони появляется едва заметный просвет. Но воспользоваться этим открытием он не успел — демон провёл сокрушительную атаку, заставившую эльфа отступить, едва избежав смертельного удара.
Битва продолжалась. Демон методично теснил Тэрона, заставляя его отступать всё дальше. Эльф понимал — если он не найдёт способ пробить броню противника, эта битва будет проиграна. время работало против него, силы постепенно покидали его тело.
Демон прекратил обычные атаки и замер в центре арены битвы. Его глаза вспыхнули багровым пламенем, а из ладоней вырвались тёмные, клубящиеся потоки энергии. Воздух вокруг него исказился, наполняясь запахом разложения и серы. Тёмные молнии начали плясать вокруг его фигуры, создавая зловещую ауру.
В этот момент Тэрон ощутил, как внутри него что-то древнее и могущественное начало пробуждаться, словно отвечая на демоническую магию. Сначала это было едва уловимое шевеление, похожее на далёкий рокот землетрясения, но затем оно превратилось в яростный рёв, разрывающий его сознание на части.
Гнев закипел в его крови, превращая её в расплавленный металл. Ментальные барьеры, которые он годами выстраивал, чтобы сдерживать свои эмоции, начали трещать по швам, словно хрупкое стекло под давлением. Один за другим они рушились, высвобождая первобытную ярость, дремавшую в его душе.