«О, смотри-ка, наша скромница проснулась», — мысленно усмехнулся Дарморуш. — «Наконец-то ты увидела то, что происходит прямо перед твоим носом».
Шади сжала кулаки, стараясь сдержать рвущиеся наружу эмоции. Её взгляд метнулся к спящим девушкам, надеясь, что никто из них не замечает происходящего. Но Лираль, будто назло, стала ещё более откровенной в своих действиях.
«Что ты делаешь?» — мысленно прошипела Шади, не в силах сдержать свои чувства.
Лираль, словно почувствовав её присутствие, медленно обернулась. Её улыбка стала ещё более хищной, когда она увидела проснувшуюся девушку.
«О, ты проснулась», — промурлыкала рыжая эльфийка, не скрывая своего превосходства. — «Надеюсь, я не помешала твоему сну?»
Шади с трудом сдержала едкий ответ. Она понимала, что сейчас не время для ссор, но видеть, как Лираль пытается очаровать Тэрона, было выше её сил.
Тэрон сидел неподвижно, словно окаменев. Он не знал, как реагировать на эту ситуацию. Его разум был затуманен противоречивыми чувствами — он понимал, что происходит что-то неправильное, но не мог найти слов, чтобы остановить это.
Лираль, заметив его растерянность, лишь усилила напор. Она наклонялась всё ближе, её голос становился всё более томным. Шади чувствовала, как внутри неё растёт гнев.
«Ну что, герой, так и будешь сидеть?» — ехидно поинтересовался Дарморуш в голове Тэрона. — «Или позволишь этой рыжей кошечке делать всё, что она хочет?»
Но Тэрон молчал. Он просто сидел, надеясь, что ситуация разрешится сама собой, что Лираль устанет от своего представления и оставит его в покое.
Шади, видя его бездействие, почувствовала прилив решимости. Она понимала — если не вмешается сейчас, Лираль может зайти слишком далеко. Но что она могла сделать? Сказать что-то резкое? Проявить свои чувства?
В повозке повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь томными вздохами Лираль и тяжёлым дыханием Шади. Тэрон же оставался неподвижным, не зная, как разрешить эту неловкую ситуацию.
Шади замерла, чувствуя, как внутри неё борются противоречивые эмоции. Ненависть к Тэрону за то, что он сделал с ней, смешивалась с необъяснимой ревностью. Это чувство собственничества, будто эльф принадлежал только ей, раздирали её душу на части.
«Как я могу ревновать его?» — думала она, сжимая кулаки. — «Он обесчестил меня, осквернил. Я должна ненавидеть его каждой клеточкой своего существа».
Но её тело предательски реагировало на его присутствие, а сердце билось чаще, когда он был рядом. Гордость дочери великого дома Холода Ветра восставала против этих чувств. «Я не могу ревновать какого-то безродного полукровку к такой же безродной эльфийке, как эта Лираль», — твердила она себе.
Но реальность была жестока. Её чувства не подчинялись разуму, и это сводило с ума.
— Хватит вертеть хвостом, — процедила Шади сквозь зубы, её голос был холоден как лёд.
Лираль и Тэрон одновременно повернулись к ней. Рыжая эльфийка изобразила невинное удивление:
— Кто? Я? Извини, просто моё тело жутко затекло, ему не хватает хорошей встряски, — её улыбка была направлена исключительно на Тэрона, в её голосе звучали явные намёки.
— Шлюха, — прошептала Шади почти беззвучно, одними губами, но Лираль услышала.
Улыбка рыжей эльфийки стала ещё шире, но её глаза похолодели, в них вспыхнул опасный огонёк.
Напряжение между девушками нарастало, заполняя пространство повозки тяжёлым, почти осязаемым туманом враждебности. Воздух словно наэлектризовался. Шади и Лираль сверлили друг друга взглядами, готовые в любой момент продолжить словесную дуэль.
Тэрон, до этого момента сохранявший отстранённость, почувствовал, что ситуация выходит из-под контроля. Он понимал — если не вмешаться сейчас, конфликт может перерасти в нечто более серьёзное.
— Прекратите, вы обе, — прозвучал его голос, глубокий и властный, в котором проскользнули демонические нотки.
Обе девушки замерли, словно поражённые громом. Сила, прозвучавшая в его словах, была неожиданной даже для самого Тэрона. Шади невольно вздрогнула, почувствовав эту власть, а Лираль побледнела, но быстро взяла себя в руки.
Шади, не проронив ни слова, скрестила руки на груди, её поза выражала непримиримость. Она отвернулась к стенке повозки, демонстрируя своё недовольство. Её спина была прямой, словно выточенной из камня, а лицо выражало холодную решимость.
Лираль, справившись с секундной слабостью, кивнула:
— Да, прости за это.
В её голосе прозвучала покорность, что ещё больше удивило Шади. Рыжая эльфийка, казалось, потеряла свой боевой настрой, хотя в глубине её глаз всё ещё тлела искра вызова.