Кажется, я начинала понимать. Закусив губу, я медленно осмотрела комнату, пытаясь отыскать взглядом хоть что-то. У этой модели слуховых аппаратов был дефект – они ловили ультразвук передаваемых устройств. Телефоны, видеокамеры, телевизоры. В прошлый раз я помогла Данилу Юрьевичу найти несколько скрытых жучков в «ТрагерИкс» и что тогда, что сейчас были точно такие же звуки.
— Надеюсь, ты прекрасно понимаешь, что сейчас покидать этот дом для тебя не самая прекрасная идея, Миша, — продолжил Кирилл, всё так же смотря мне в глаза. Он словно пытался мне что-то сказать, что-то, в чём я должна уловить смысл. — Ты и твой ребёнок здесь в полной безопасности, пока мы решим проблемы нашей компании.
«Твой» ребёнок? Какие проблемы компании? «Танлибы». Значит, я была права. Город полон людьми этой группировки. Вот только вчера Кристина на этом же месте сказала, что ребёнок Кирилла. Или мы не называли имён? Я не помню! Чёрт возьми, я не помню!
Паника охватила воспаленный мозг. Лихорадочно забегала по кухне глазами и наткнулась на разноцветные листки с ручкой и кинулась к ним.
«Я не помню точно, но вчера Кристина называла твоё имя, здесь, на кухне, когда мы разговаривали. Они знают, что это твой ребёнок».
Села обратно и положила перед ним записку. Стоило ему прочесть, как на челюсти заиграли мышцы. Он наклонил голову вперёд и сжал бумажку в кулаке. Меня охватил ещё больший страх. Если в Играге действительно столько танлибоцев, что Кирилл перешёл на угрозы и заставлял меня сидеть здесь, в четырёх стенах, значит, мы в полной заднице. Да что там «мы»? Мой ребёнок в опасности! Наплевав на собственную гордость, я снова схватила листки, но так ничего и не написала, а отложила их в сторону. Сейчас безопасность моего малыша зависела напрямую от меня. Я обязана подчиниться воле Кирилла, если хочу выбраться из города живой и всё ещё беременной.
Так и не притронувшись к еде, встала с барного стула и направилась в свою комнату, но его голос заставил остановиться.
— Тебе нужно поесть, Михаила.
Но он прав. Как бы мне не было плохо, я должна съесть эту чёртову яичницу. Сев обратно, поковырялась в тарелке и отправила первый кусочек в рот. Вроде вкусно.
Кирилл заметно расслабился, снял свою куртку и кинул её на соседний с ним стул. Взяв две кружки, сполоснул их и включил кофеварку, однако, в одну начал наливать чай. Я следила за каждым его движением. Пыталась запомнить их, чтобы оставить в памяти хоть что-то не связанное с руганью, с его словами. Надоела. Не интересна. Я никогда и ни для кого не была интересна, но с Кириллом мне всегда казалось иначе. Мне всё казалось другим. Сам Кирилл мне казался другим, не таким как все. Дура.
Так и не доев порцию, взяла кружку и сделала глоток. Какая-то дрянь с травами. Противный вкус, хоть и добавлен сахар. Однако спорить и не подумала. Вот что-что, но что бы не чувствовал ко мне Кирилл, ребёнку он бы не навредил. Может, у него и есть грехи, за которые ему грозит провести вечность в Аду после смерти, но причинить вред ещё даже не рожденному ребёнку он не способен. Что-то святое в Демонове всё-таки да осталось.
Свой кофе он тоже пил в молчании, и эта тишина… Когда-то мне было так комфортно в его тишине, а сейчас она давила на мозг. Хотелось кричать, хотелось задавать вопросы, но дом напичкан подслушивающими устройствами, и любое сказанное слово может обернуться не только против этих людей, но и меня.
Барабанная дробь пальца по столу превлекла моё внимание. Кирилл о чём-то задумался и, кажется, совсем выпал из реальности, смотря в одну точку куда-то справа от него. Я не понимала почему нельзя найти все жучки и камеры с помощью слухового аппарата как и в прошлый раз? Если только они не хотят привлечь этим ещё большое внимание? Может, Волков, Грешников и Демонов ведут какую-то игру, пытаясь вытащить нас из этой ловушки? Зря я сюда приехала. В родной стране я была в безопасности.
— Так, значит, ты всё-таки беременна, — заговорил Демонов, но слова прозвучали как-то странно.
Противное предчувствие зашевелилось червем под ложечкой, заставляя меня обостряться заранее. Кирилл обошёл стол и встал за моей спиной и упёрся в края, заключая меня в замок из своих рук. Я почувствовала, как он зарылся носом в мои волосы, и горячее дыхание опалило чувствительное местечко за ухом. Тело моментально отозвалось на это, учащая пульс. Низ живота вспыхнул огнём и налился тяжестью, воскрешая желание заполнить тоскливую пустоту. Это не правильно – желать его даже после всех сказанных слов.