Смотрела на него и не понимала как можно в здравом уме отказаться от такого мужчины? Я не знала из-за чего они развелись, но глядя на то, как Кирилл опустил постыдно голову, расчёсывая волосы пальцами от макушки ко лбу, я сомневалась, что виной был он. Я ведь и сама от него ушла, потому что испугалась, и не оставила ему выбора, а он это принял. Он спасал меня, был всегда нежен и защищал любыми способами, даже зная, что я могу его возненавидеть и не простить, но рискнул. Да это… У меня даже слов нет, чтобы выразить насколько я им восхищена!
Сделав недостающий шаг к нему, взяла за руки и прижалась губами к его. Провела языком по нижней, всосала её, прикусила слегка и намеренно нагло ворвалась в его рот языком. Не отпуская моих пальцев, Кирилл поднял руки и обхватил ими моё лицо, пока я придвинуться ещё ближе, но он был слишком высок. Мне было плевать на его друзей, на их жён. Всё, что меня волновало сейчас, это только Кирилл. Только чувствуя его неуверенные ответы, я понимала насколько он открыт сейчас и уязвим. Влюбленность или любовь никогда не проходит бесследно. Она оставляет огромные шрамы, страхи, самовнушения, которые потом преодолеть очень трудно. Сегодня я смогла избавиться от одного своего страха. Теперь я должна помочь это сделать ему, иначе наши отношения так и будут стоять на одном месте.
Раньше я никогда не задумывалась над такими вещами, но сейчас отлично понимала – любовь это дар. Но одной любви мало, чтобы быть счастливыми. Нужно терпение, понимание и желание исцелять друг друга, иначе всё будет бессмысленным саморазрушением для нас обоих.
Прервав поцелуй, я закрыла глаза, чувствуя его губы на своей щеке. Мне не хотелось открывать глаза. Хотелось стоять вот так вечность, и чтобы никого вокруг не было, но нужно увести его наверх.
— Теперь алкоголем пахнет от нас обоих. Пойдём спать?
Он усмехнулся, выдыхая с улыбкой, и кивнул. Придерживая его за талию, поднималась с ним по лестнице, стараясь идти в ногу. Почти на половине пути Кирилл притянул меня за плечи крепче и поцеловал в висок, а затем погладил живот, чуть не упав при этом.
— Сын.
Одно единственное слово, а столько гордости в его голосе, столько трепета и счастья… и это передалось мне. Сердце переполняло от щемящей нежности и уверенности в нас обоих. Мы будем хорошими родителями. Я была в этом уверена.
— Как тебе имя Святослав? — вдруг спросил Кирилл, когда мы уже перешагивали порог спальни. — Моего прадеда так звали. Мама рассказывала, что он был одним из первых, кто осваивал северные земли Республики.
Пытаясь не разреветься из-за взбунтовавшихся гормонов, я кивнула и помогла ему снять рубашку.
— Красивое. Мне нравится.
Пока я помогала ему с ремнем и брюками, Демонов о чем-то глубоко задумался, смотря куда-то в одну точку, а затем перевел взгляд на меня.
— Я правда тебе не противен сейчас?
Я подняла взгляд вверх, потому что сейчас расшнуровывала ботинки и удивилась серьёзности в его серых глазах. Вот бы у нашего сына были такие же! Все девчонки с ума сходить будут только от одного взгляда.
Поднявшись, я положила руку ему на живот, а пальцами второй обвела контур его губ. И губы тоже пусть будут как у отца. И нос, и скулы, и подбородок.
— Правда, — ответила, вспоминая про вопрос.
— Даже если начну приставать?
Я улыбнулась. Я не знала какой он, когда пьян. В таком состоянии видела его впервые, но это было даже забавно. Его обескураженный вид, взволнованность. Он словно сам стал большим ребёнком, которого могло ранить любое моё слово.
— Я люблю тебя, Кирилл. В любом виде. И приму тоже в любом виде.
В один момент его взгляд вдруг стал таким серьёзным, мудрым, усталым. Словно он прожил уже больше тысячи лет. А затем в них блеснули слёзы, пугая меня до чёртиков.
— Спасибо, что выбрала меня, Михаила. Спасибо, что прилетела сюда. Что была рядом несмотря на мои слова и моё поведение. Что ждала меня. И спасибо за сына. Ты… эм…
Он лихорадочно полез в карман брюк, которые я ещё не успела с него снять, и достал маленькую белую коробочку… для кольца.
— Я хотел сделать всё красиво, как… как в фильмах, там. Специально посмотрел один… но лучшего момента не будет… нет… лучшего момента просто не может быть, — он сделал вдох и встал передо мной на одно колено, а я… меня чуть не разрывало от эмоций. Вот он еле языком волочит, а сейчас абсолютно трезв и отдаёт себе отчёт в действиях. Смена его состояний, эмоций, настроения. Она всегда меня поражала. — Так… Пока я в состоянии высказаться… Я люблю тебя, Михаила. Настолько сильно, что не могу молчать уже об этом. Хоть и не раз уже говорил тебе, но это «люблю» пустой звук в сравнении с тем, что я к тебе испытываю. Ты моя жизнь, моя душа. Ты исцелила меня и вернула желание снова жить, — он улыбнулся, раскрывая коробочку и доставая кольцо, которого я даже не видела из-за слёз. — Умоляю тебя, Михаила, позволь мне делать тебя счастливой всю оставшуюся жизнь? Позволь оберегать тебя, любить, защищать? Я… я ужасный человек. И совершенно не заслуживаю тебя. Но мне плевать. Я настолько одержим тобой, что мне даже плевать как звучит весь мой бред… Будь моей женой, Мышонок? Моей супругой на всю оставшуюся жизнь.