- Приветствую вас, Мицки-сама, - ювелир низко поклонился дочери городского главы и, обменявшись несколькими вежливыми, но малозначительными фразами, перешел к делу. Снова поклонившись, торговец протянул девушке уложенную в конверт золотую брошь. - Прошу вас, взгляните. Это одна из лучших находок за всю мою жизнь. Вещь подлинна, и цена ее истинно непредставима.
После того как рухнула империя, находки идут одна за другой. Сначала главный повар младшей ветви императорской семьи, чудом спасшийся от рук бунтарей во время резни в отколовшихся от страны южных регионах. Затем поврежденный дирижабль с грузом прекрасного вина из страны Рек, подбитый бунтарями, с трудом дотянувший до безопасных мест и совершивший аварийную посадку недалеко от Сихоро. Затем телохранитель придворной дамы, израненный и лишенный памяти, бессмысленно скитавшийся по горным тропам.
Что теперь?
- Вы заинтриговали меня, Юшенг-сама, - сказала дочь городского главы, принимая конверт. - Какое-то украшение?
Девушка открыла конверт, вынула брошь и замерла в восхищении, любуясь изящным произведением искусства. Несколько минут она не могла произнести ни слова.
- Откуда, господин Юшенг, у вас такое чудо? - спросила любительница драгоценностей, опомнившись от шока. - Это ведь брошь, воспевающая любовь единого императора к придворной камигами-но-отоме, созданная за триста лет до начала эпохи Войн?
- Это она, моя госпожа. Зная ваш интерес к произведениям ювелирного искусства, я счастлив преподнести вам в дар эту реликвию, достойную лучшего места в имперской сокровищнице! Прошу вас, примите ее в знак моего бесконечного к вам уважения и в благодарность за помощь, оказанную нашему клану в трудные времена...
Минут десять шел обмен любезностями, а затем дочь городского главы вновь спросила об источнике раритетов.
- Моя госпожа, - ответил ювелир, радостно сверкая глазами. Леди в восхищении, а значит, если не все, то большая часть долгов клана, возникших после краха торговой сети, будет списана. - Человек, от которого я получил это сокровище, столь же необычен и интересен, как и сама реликвия. Эту брошь принесла мне бесполая боевая биоформа. В шикарном, но поврежденном платье служанки из богатой семьи и держащая при себе еще семь столь же драгоценных вещей, как и эта...
- Где она сейчас? - глаза Мицки вспыхнули жадным синим огнем. - Она в доме вашей гильдии? Или остановилась в гостинице?
- Она ожидает в холле вашего дома, Мицки-сама. Стеснение из-за плохого внешнего вида помешало ей пройти в дом, и она просила меня стать посредником, но, я полагаю, вы желаете лично познакомится с ней? У нее для вас есть одно, весьма выгодное, на мой взгляд, предложение. Я надеюсь, что вам удастся разрешить достаточно сложную проблему с приведением гостей в достойный вид, что сделать нам пока не удалось. Вам как благородной леди будет проще вызвать доверие у одинокой странницы, несомненно, многое пережившей и научившейся довольно жестко, с подозрением реагировать на проявление гостеприимства незнакомых людей.
- Я сделаю, что смогу, Юшенг-сама.
Служанки, ожидающие у выхода из комнаты, открыли дверь перед госпожой, вежливо распрощавшейся с гостем и пообещавшей ему скорую новую встречу для обсуждения многих важных дел, касающихся клана, долгов и льгот. Девушки, прислуживающие первой леди города и по пятам следовавшие за ней, разделились. Одна осталась проводить гостя, а вторая последовала за госпожой и, выйдя в коридор... поняла, что ждать ее никто не собирался.
Лишь банты и кружева мелькнули в свете ламп, ускользая за поворот коридора. Благо что толстые ковры мешали возникновению совершенно неприличного топота, непременно выдавшего бы посторонним тайну беспрестанной беготни юной хозяйки по дому.
Печально вздохнув, служанка привычно побежала следом за госпожой.
Никто не мог остановить "Золотую комету", только присутствие рядом постороннего, перед которым приходилось заботиться о приличиях, или...
Воин в легкой броне возник перед ней у самого выхода в холл и преградил госпоже путь латной перчаткой.
- Не стоит столь опрометчиво приближаться к непроверенному, постороннему человеку, моя госпожа, - прозвучал голос из округлого шлема, скрывающего голову воина. За парой листообразных прорезей в стальном забрале видны были синие глаза, буквально источающие вселенское спокойствие. - Неосмотрительность и неосторожность унесли слишком много людских жизней, я не намерен отдавать им еще и вашу.
- Кинтаро, ты что, не слышал, что говорил глава ювелиров? Это бесполая боевая биоформа, да еще и в платье служанки! Может быть, твоя подружка, из прошлого?
- Возможно, мы были с ней знакомы. Но это ничего не меняет. Позвольте, я взгляну первым.
- Кинтаро!!!
- Мицки-сама, что бы вы ни решили, глядя на меня, но бесполые не просто так создаются такими, какие мы есть. Если она действительно бывший страж столь высокопоставленного человека, что тот смог оплатить создание биоформы по особому заказу, в ней должно быть множество сюрпризов. Иначе ее ущербность бессмысленна.
- Но Кинтаро, неужели ты думаешь, что у нее хватит скорости и умения для того, чтобы опередить тебя?
- Простите, госпожа, но я не помню, был ли я лучшим воином во всем мире. Я хороший мечник и неплохой сенсор, но - не бог. Моя предыдущая госпожа... умерла у меня на руках, и я не хочу повторения трагедии.
- Умеешь ты убеждать, Кинтаро. Хорошо, иди. Только недолго. Я сгораю от нетерпения!
- Благодарю за понимание, Мицки-сама, - самурай поклонился госпоже и вышел в холл, направившись прямиком к насторожившейся оборотнице.
Кицунэ, увидев человека в доспехах, напряглась и двумя быстрыми взмахами руки подозвала к себе Рими, которая, устав от ожидания, отошла от нее на несколько шагов и с любопытством рассматривала пеструю роспись на стенах прихожей. Девочка, подхватив спадающие одеяла, тотчас подбежала к своей названой сестре и спряталась у нее за спиной.
Самурай, удостоив маленькую крестьянку внимательным взглядом, низко поклонился Кицунэ, и маленькая лиса, мгновение подумав, присела в реверансе. Умело и красиво, как научила ее мама.
- Простите, если мой внешний вид доставил вам беспокойство, юная леди, - сказал самурай. - Я вынужден носить шлем, чтобы скрыть шрамы от тяжелых ран на своем лице, а доспехи необходимы по той причине, что шлем не вписывается в стиль любого другого костюма. Мое имя - Кинтаро, я удостоен чести быть капитаном стражи этого дома и, увидев вас, не мог не подойти. Понимаете ли вы причину моего интереса?
- Нет, не очень. - Кицунэ внимательно следила за самураем, нисколько не намереваясь расслабляться. - Я что-то сделала не так? Или господин ювелир что-то сказал вам обо мне?
- Значит, не важно. Как вас зовут, юная леди?
- Я... - Кицунэ запнулась. - Аюми. Ишикава Аюми. Я с северо-западных областей империи...
- Давно ли путешествуете?
- Около месяца, - продолжала врать Кицунэ. - Шла южными районами страны Камней и по стечению обстоятельств оказалась здесь. Теперь мне понадобилось немного денег, и я решила... продать кое-какие ценности.
- Откуда они у вас, позволите ли узнать?
- Подобрала на поле боя.
- Куда же вы держите путь? - Кинтаро бросил взгляд через плечо, и Мицки, тайком наблюдающая за происходящим из-за угла, поспешно спряталась.
- В страну Лесов. - Кицунэ тоже заметила любопытную девчонку, но не подала вида. - Там меня ждут люди, вместе с которыми я после вернусь... в страну Камней.
- Эти люди - военнопленные? Нуждаются ли они в помощи своей родины?
- Нет, господин, благодарю вас. Они... торговцы, и у них небольшая сеть магазинов в западных странах...
- Как называется компания?
- Кх... кха... - Кицунэ закашлялась, чтобы создать заминку, во время которой можно быстро придумать название. - "Драгоценные камни Ишикава"... приходилось ли вам слышать о ней?
- Нет, никогда прежде не слышал о подобной компании, - ответил самурай. - Благодарю вас, Аюми-сан. Это все, что я хотел узнать. Позволите ли вы мне предложить вам пройти в гостиную этого дома? Моя госпожа желает поговорить с вами. Мы можем предложить вам принять ванну и предоставить ужин. Комната для гостей пустует, и, я уверен, моя госпожа с радостью предоставит ее вам, усталым путникам, для отдыха.