- Спасибо, господин, но... но мы лучше здесь подождем решения ваших господ насчет приобретения у нас ценностей, получим договор и сразу уйдем. Прошу простить, но мы не можем остаться.
- Как пожелаете, - самурай поклонился гостье и, получив еще один ответный реверанс, удалился.
Пока страж задавал вопросы необычной гостье, Мицки едва в пепел не сгорела от нетерпения.
- Ну, докладывай! - набросилась она на Кинтаро сразу, едва тот вошел в коридор и прикрыл дверь за собой. - Что разузнал?
- Это действительно бесполая биоформа, но... она не телохранитель, могу сказать абсолютно уверенно. Ее способности сенсора настолько малы, что она не смогла определить... кхм... то, что я подобен ей. Имя придумала только что, так же как торговую компанию, которой якобы служит.
- Думаешь, что...
- Это только мое мнение, но смею предположить, что наша гостья - нянька из богатой семьи, возможно, родственной правителю страны. Возможно, она даже служила той же семье, что и я. На месте боя я видел тела погибших детей. Нянька для ребенка. Это объясняет отсутствие сенсорных способностей, повышенную внимательность ко всему творящемуся вокруг и относительную боевую слабость. У нее особое мускульное строение ног, по которому смею предположить, что она способна развивать неплохую скорость бега, даже не используя дзюцу. В случае опасности не вступать в бой, а схватить подопечного и бежать что есть сил? - Кинтаро продолжал построение логической цепочки, не подозревая даже, что она неверна с самого начала. - Этим объясняется отсутствие у нее ранений. С нами она была или нет, но ее подзащитный погиб, и память боевой биоформы была стерта приказом кого-то из хозяев. Мгновенно забыв всю свою жизнь, даже собственное имя, она осознала себя в самой гуще сражения и испугалась. Быстрые ноги спасли ее, она вырвалась и сбежала, унеся на себе драгоценности своих хозяев, которым особого значения не придает до сих пор, - самурай тяжело вздохнул. - Мицки-сама, вы говорили мне, что боль пережитого до сих пор читается в моих глазах, и сейчас я увидел такую же боль в глазах этой девушки. Она пережила тяжелейший шок совсем недавно. Оказаться в вихре боя и увидеть гибель множества людей - это не то, что можно пожелать другу. А после, лишившись памяти и какого-либо понятия об окружающем мире, она, видимо, не раз попадала в большие неприятности. От ее платья пахнет кровью и гарью, а ее реакция на мое предложение...
- На предложение переночевать у нас?
- Да. Услышав о ванне, она начала подсознательно менять структуру верхних слоев кожи, явно для защиты от контактного яда. При упоминании ужина ее желудок сжался, словно я предлагал ей выпить отравленное питье, а услышав о ждущей ее комнате, она затравленно оглянулась, ища пути к побегу. Эту девушку неоднократно пытались убить, и доверие ее к людям подорвано.
- Бедная девочка. Мир полон негодяев, и, потеряв память, она стала совершенно беззащитна перед ними. Но ведь как-то можно убедить ее, что мы не злодеи и действительно хотим помочь?
- Только позволив заключить планируемую сделку и расставшись с ней. Видимо, семья, которой она служила, пыталась сбежать из страны, и команда, заложенная на уровень ее подсознания, работает даже сейчас. Она не успокоится, пока не окажется в стране Лесов, ждет ли ее там кто-либо или нет.
- Ты тоже не мог успокоиться, пока отец не догадался свозить тебя в столицу, - сказала Мицки. - Ты просто другим человеком стал, когда побывал во дворце. Видимо, туда шла твоя прежняя семья. Значит, эта девушка все же не из слуг, что сопровождали твоих хозяев.
- Может быть. Но это не столь важно. Важно лишь то, что ей нужно в страну Лесов. Записанные в подсознание команды и стремления имеют над нами абсолютную власть. Мое яростное стремление оберегать вас, на которое вы иногда сердитесь, моя госпожа... и ее забота о детях... это основа нашей психики, вокруг которой сплетено все остальное. Эта девочка-крестьянка, которую наша гостья водит с собой... возможно, бессильная побороть прописанные ей инстинкты, она украла ребенка у случайных встречных...
Самурай осекся на полуслове и обернулся к выходу в холл, а через пару секунд, сердито толкнув дверь, в коридор шагнула Кицунэ, держащая Рими на руках.
- У меня плохие сенсорные способности, Кинтаро-сан, - заявила оборотница, приближаясь к стражу. - Но зато хорошие уши! Значит, я - злодейка, ворующая детей?! - она замахнулась ногой и пнула бы самурая под колено, если бы тот, подхватив на руки госпожу, не отпрыгнул. - Я не крала эту девочку, ясно?! Я ее в горах нашла! И драгоценности тоже не крала! И не бросала никого, от врагов убегая! Хватит меня обсуждать! Вы ведь ничего не знаете, а если посочинять хотели, могли бы меня спросить, я фантазировать не хуже вас умею!
- Так ты что, память не теряла? - освободившись, Мицки подбежала к Кицунэ и принялась вертеться вокруг нее, с любопытством разглядывая. Страж, убедившийся, что гостья особой опасности не представляет, спокойно наблюдал со стороны. - Тогда как тебя зовут?
- Аюми.
- Да ладно, можешь не стесняться! Мы никому не скажем. Кто ты? Из какой семьи? Куда идешь?
Кицунэ стушевалась. В гневе она чуть не натворила непоправимого. Признаться теперь, что она - волшебная лиса, враг государства?
- Я... я действительно потеряла память. Очнулась в заснеженных горах, совсем одна... и помню только, что мне надо идти в страну Лесов.
Поверят?
Дочь городского главы спокойно взяла Кицунэ за плечи и несколько секунд разглядывала ее лицо.
- В последнее время Сихоро буквально засыпали удивительные находки, - сказала она. - Аюми-сан, кем бы вы ни были, но мне нравится, что генетически измененный человек не прошел мимо ребенка обычных людей, попавшего в беду. Решено! Вы остаетесь на ночь у меня!
- Нет, я, пожалуй, пойду...
- Все еще боишься, что мы можем тебя отравить или напасть, когда вы уснете? - Мицки засмеялась. - Забавно! Милая, если бы я хотела убить тебя и присвоить твои сокровища, разные хитрые планы были бы откровенной глупостью! Мне достаточно только взглядом указать, и Кинтаро любого на тысячу кусков за секунду разрубит! Вот смотри! - девчонка обернулась к телохранителю. - Кинтаро, забери у нее драгоценности! Сейчас!
Кицунэ вздрогнула, почувствовав как порыв ветра, возникшего при быстром движении, коснулся ее. В одно мгновение карманы оборотницы были опустошены и ее сокровища, в том числе те, которые она продавать не хотела, оказались в руках дочери городского главы.
- Ничего себе... - лицо Мицки вытянулось от изумления, когда она взглянула на добычу. - Это... это же...
- Отдай! - Кицунэ едва не разревелась от обиды. - Я их честно заслужила, а ты отбираешь!
- Да не отбираю я их! Твои они. - Мицки поспешно вернула драгоценности хлюпающей носом владелице. - Никуда не денутся. Ну что, теперь веришь, что не к бандитам попала? Не бойся нас. Мы благородные люди и своей репутацией дорожим. А вот снаружи действительно опасно. Гораздо опаснее, чем здесь, я тебе клянусь! Вечер ведь уже! Куда вы пойдете? Ты как хочешь, но я вас сегодня никуда не отпущу!
Кицунэ продолжала в нерешительности мяться.
- Я не знаю, что произошло с тобой до того, как ты вошла в наш дом, - сказала Мицки, обнимая ладонями кулачок, в котором Кицунэ сжимала бесценные сокровища. - Но я прошу тебя, еще один раз, поверь, что не все на свете желают тебе зла.
- А я такого и не говорила... - Кицунэ утерла сопли рукавом платья. - Я... я...
- Ты согласна?
- А... а у вас правда хорошая ванная комната? И горячей воды много? Нам помыться надо... очень...
Мицки, сияя улыбкой, подозвала служанок.
- Рими, не бойся, - Кицунэ, улучив момент, тихонько зашептала на ушко растерянной сестренке. - Я не плакала. Я специально, притворялась. Чтобы они не догадались, какая я на самом деле грозная и сильная! Если что-нибудь случится, я нас обязательно спасу!