- Отпусти! - Кицунэ безуспешно пыталась вывернуться из его хватки.
- Драгоценности останутся у нас в качестве извинения за причиненное беспокойство. - Кинтаро потащил Кицунэ к выходу. - Мы дадим вам денег и еды, вернем ваши вещи. Потом, исключительно из-за заступничества леди Мицки, мы позволим вам покинуть город. Даже не вздумайте возвращаться!
- Кинтаро, стой! - Мицки подбежала и вцепилась в его локоть. - Стоять! Я же тебе сказала!
- Остерегайтесь приближаться к этому дому, Аюми-сан. - Кинтаро уже подволок Кицунэ к выходу. - Увижу вас снова... обезглавлю без разговоров!
- Да что ты пристал?! - Кицунэ напряглась, готовясь начать интенсивно сопротивляться и подключать к делу свои боевые навыки, но вспыхнувшая боль в боку мгновенно лишила ее и дыхания и воинственности. Хлопая ртом, как выброшенная на берег рыба, она скрючилась и повисла на руках самурая.
- Знай свое место, шиноби, - свирепея еще больше, прорычал Кинтаро.
- Раб! - произнесла вдруг Мицки, и самурай остановился, словно споткнувшись. - Отпусти ее.
Руки Кинтаро разжались.
- В сторону, раб, - Мицки отмахнулась от своего стража, и воин сделал несколько шагов прочь от плачущей на полу Кицунэ. - Ты слишком много себе позволяешь! Я никому не позволю быть настолько грубым и бестактным с моими гостями!
- Но Мицки-сама... она почти наверняка агент ваших врагов, подосланный...
- Молчать! Я не желаю тебя слушать! Уходи, раб!
Деревянной походкой самурай вышел в коридор и закрыл за собою дверь.
- Уф! - Мицки шумно перевела дух. - Он, конечно, хороший слуга и надежный защитник, но иногда у него мозги буквально клинит на безопасности! - девушка посмотрела туда, где только что стояла на четвереньках Кицунэ, но той уже у двери не было. Гостья, сама шмыгая соплями, уже сидела в бассейне и баюкала на руках плачущую, перепуганную маленькую сестренку. - Я даже не знаю, как его в столицу с собой брать. Что если он с какой-нибудь придворной леди такой же ужас учинит? Хорошо хоть кодовая фраза работает безотказно.
- Это ты его кодом остановила? - все еще всхлипывая, спросила Кицунэ.
- Да. Он знал, про что говорит, когда расписывал опасности гендзюцу. В его мозгу схема абсолютного подчинения, активируемая кодовым словом "раб". У всех созданных по особому заказу эта схема вложена в подсознание. Бесполых... создают рабами. Поэтому будь осторожна с выбором хозяина или хозяйки, Аюми-чан. Попадешь к плохому человеку, и он кодовым словом будет заставлять тебя всякие ужасы творить!
Кицунэ непроизвольно коснулась своей груди, где, оплетая сердце и легкие паутиной сосудов, таилась ядовитая железа, все назначение которой было - убить боевую биоформу при получении импульса Ци от хозяина-создателя. Хебимару не владел технологией подчинения кодовыми фразами и нашел другой выход из положения.
"Разочаруешь меня - убью".
- Несчастный, - жалостливо всхлипнула Кицунэ. - Наверно, это ужасно - быть лишенным собственной воли.
- Да, мне тоже его очень жаль. Поэтому сегодня был первый случай, когда я применила кодовое слово. А просто так издеваться над человеком я никогда не стану! И тебя, Аюми-чан, я тоже никогда не буду заставлять делать то, что тебе не нравится! Поэтому лучше у меня оставайся. А то кто знает, с какими людьми тебе еще встретиться придется?
Мицки вошла в воду и, присев, взяла Рими за руку. Девочка, даже оказавшись в объятиях сестры, не спешила успокаиваться. Сильный испуг лился из нее отчаянными детскими рыданиями.
- Рими-чан, не плачь, - сказала Мицки, улыбнувшись. - Видела, как я того злого дядьку проучила? Больше он не будет мешать нам играть. Не бойся. Я тебя и твою сестру никому в обиду не дам! Даже собственным слугам.
Вечер обнял сумерками нежащийся в оттепели город. Фонари не горели для экономии электроэнергии, но окна домов зажигались одно за другим, своим множеством позволяя ясно понять, что Сихоро полон жизни. Точно так же, как и в лучшие свои времена. Упадок лишь мельком коснулся его.
Кицунэ любовалась городом из гостиной особняка, расположенного на холме, благодаря чему из его окон открывался великолепный вид на море крыш и светящихся окон. Хорошо быть там, где живут люди. Не то что в ледяных горах или страшном, темном лесу.
Тихо вздыхая, усталая девчонка-странница подошла к столику и села в кресло, которое услужливо подвинула ей служанка. Рими, что всюду следовала за Кицунэ как привязанная, тотчас была подхвачена ловкими руками оборотницы и оказалась у сестры на коленях.
- Я распорядилась подать к чаю поменьше сладостей, - сказала Мицки, усаживаясь во второе кресло, напротив Кицунэ. - Чтобы не испортить окончательно нам аппетит. Скоро будет готов ужин. Надеюсь, вы, Аюми-сан, и ваша милая сестра составите за ужином компанию мне и моим родителям?
- Я с удовольствием познакомлюсь с вашими родителями, Мицки-сан, - отозвалась Кицунэ, чем сразу успокоила собеседницу. Кто знает, откуда взялась такая привычка, но по крайней мере при посторонних странная боевая биоформа следила за собой и фамильярничать не начинала.
- Приятно вечером отдохнуть в хорошей компании, - сказала Мицки после довольно долгой дружеской беседы, в ходе которой она еще раз убедилась, что новая знакомая вполне может вести себя как благовоспитанная леди. - Но господин главный ювелир говорил, что вы пришли к нам не просто так, а с важным делом.
- Да, да, конечно! - Кицунэ вспыхнула энтузиазмом и начала объяснять свою задумку с праздником, а Мицки внимательно слушала ее и, оценивая предложение, все больше приходила в восторг.
Это же замечательно! Главенствующая в городе семья, скопившая немалые богатства во времена благоденствия и пустившая запасы в ход для спасения торговой сети во времена кризиса, уже с беспокойством подумывала о сложной ситуации, в которой оказалась. Все вокруг должны были им большие суммы денег, а кто, скажите, любит своего кредитора? Торговцы нервничали, опасаясь пожизненной кабалы, и страшно боялись каких-либо новых потрясений на рынке, которые могли лишить их возможности выплатить кредиты.
Что же делать? Выбивать из них суммы понемногу? Озлобятся совершенно. Простить? Денег, конечно не жалко, новые налоги с восстановившихся и ведущих торговлю лавок восполнят все потери, но что теперь - отказаться от долгов и подарить все деньги заемщикам? Кто тогда будет с правящей семьей считаться? Сочтут жалостливыми слабаками и начнут деньги клянчить на всякие глупости, от налогов уходить, интриги плести... это скольких повесить придется, чтобы в городе снова поняли, кто тут главный?
Но вдруг появляется... сумасшедшая? Нет, пусть будет "человек с нестандартным мышлением", который просит устроить праздник в обмен на несколько бесценных реликвий. Что если потребовать у торговцев организовать празднование в обмен на отмену долгов? Этими реликвиями, мол, странница вас всех выкупила. Так что давайте отпразднуем!
Город буквально сам засияет! Могут даже сказку какую-нибудь сочинить про богиню-избавительницу. И проблема решена, и реликвии присвоены, да еще и на празднике можно будет повеселиться!
- Какое интересное предложение, Аюми-сан! - Мицки едва сдерживала восторги. Сегодня точно счастливый день для Сихоро! - Я от всей души во всем буду вам содействовать. Осталось только уговорить отца, но... не беспокойтесь, - глаза девчонки озорно сверкнули. - Его я беру на себя!
Еще секунд тридцать она смогла усидеть на месте, но потом терпение ее лопнуло, и она, вскочив с кресла, метнулась к Кицунэ.
- Подожди меня пару минут, Аюми-чан, - склонившись к Кицунэ, шепнула ей Мицки на ушко. - Я быстро-быстро с папой переговорю и вернусь.
Еще мгновение, и неудержимая "Золотая комета" унеслась из комнаты, оставив с гостями только сконфуженных бестактностью госпожи служанок.
Кицунэ же, видя восторги своей новой подруги, только хихикнула:
- Наконец-то нам повезло, Рими-чан! Вот так, неожиданно и совершенно случайно, попали к... нормальным людям!