- Вам не кажется, что вы идете у нее на поводу, Мей-сама? - глава клана, тот самый, что предлагал на всякий случай передать гостий в службу государственной безопасности, возглавлял срочно вызванный отряд воинов своего клана и маячил позади главных действующих лиц.
- На поводу? - Мей одарила его саркастичной ухмылкой. - Я не хочу наносить ущерб вашему городу, генерал, и, кроме всего, сгораю от желания посмотреть на то, что может попытаться сотворить лиса в попытке своего спасения! Она одна против восьми тысяч самураев. Какое же чудо ее спасет? Весьма любопытно.
- Каково бы ни было это чудо, - поспешила вмешаться леди Юко, - Кицунэ-сан, я позволю себе попросить вас оставить у нас ребенка, которого вы держите на руках.
- Это почему еще? - Кицунэ насупилась, крепче прижимая к себе Рими. - Хотите разлучить меня с сестренкой? Да ни за что!
Минут пять ушло на вежливые препирательства, в которых леди Юко при ехидных комментариях Такасэ Мей объяснила причину, по которой не стала использовать много целебной Ци, когда помогала Кицунэ разбудить уснувшую сестренку.
Рими больна и нуждается в помощи, а лекарства, которыми Юко хотела снабдить гостью, добудут и принесут еще минимум через полчаса.
- Я все понимаю и благодарна вам за заботу о моей сестре, Юко-сама, - Кицунэ поклонилась хозяйке дома. - Но оставить Рими я не могу не только потому, что не хочу с ней расставаться. Люди, что страшнее любой болезни, появятся здесь следом за этой женщиной, - оборотница указала взглядом на Мей. - И вы не сможете защитить от них мою сестру, даже если попытаетесь это сделать. Черная Тень и принц Рюджин... тянут руки за мной, и все, что могу я... что можем мы с Рими, - бежать. Не беспокойтесь. Болезнь Рими проявится не сразу, у нас достаточно времени, чтобы добраться до страны Водопадов, а там нам помогут врачи и жрицы храма Воды.
- Вы должны спешить, Кицунэ-сан, - сказала леди Юко, отступая.
- Не нужно только так говорить, будто она сможет выйти хотя бы за пределы городского парка! - вмешалась Мей, прежде чем Кицунэ успела ответить. - Слуги! Подайте оборотню и ее приемной сестре пальто, иначе они обе насмерть замерзнут по дороге в парк! И не нужно новых, дайте те, в которых они пришли. Ни к чему портить хорошие вещи. Обе они еще не вышли из детского возраста, а по известному в мире утверждению, одежда на детях... - Мей подняла руку и на ладони ее заплясало жаркое, жгучее пламя. - ...просто горит!
Открывая тяжелые двери, набрасывая на плечи тяжелые пальто и шубы, жители города выходили на улицы. Фантастический танец призрачных огней завораживал и манил, а в воздухе плыл пьянящий запах весны, что развеивал усталость и наполнял радостью души людей, уставших от долгой, суровой зимы. На лицах тех, что следили за танцем призрачных огней, все чаще можно было увидеть улыбки. Но что происходит? Какое-то странное природное явление или... волшебство?
- Твоя работа, златохвостый демон? - Мей угрожающе сжала кулаки и бросила грозный взгляд на Кицунэ, что шла метрах в четырех перед воином-драконом и с раздражающей беспечностью любовалась танцем огней.
- Конечно, моя! - с явным сарказмом ответила ей оборотница. - У меня же бесконечные запасы Ци, и сейчас, перед крайне тяжелым боем, мне буквально не на что ее тратить, кроме как на безобидные огоньки! Или, может, я вас всех в гендзюцу захватила? Нет предела моему коварству и мастерству!
Мей на всякий случай применила несколько дзюцу, защищающих от иллюзий, но огоньки и теплый весенний ветер не исчезли.
- Тогда что здесь происходит? Отвечай!
- О боги, - Кицунэ тяжело вздохнула. - Да откуда мне знать? Вообще где видано, чтобы взрослые тетки к детям с такими сложными вопросами приставали? Ты меня еще про северное сияние расспрашивать начни или про затмение Солнца. Тебе ведь уже за тридцать, да? Вот и придумай что-нибудь сама!
- Не смей грубить воину-дракону, ты, отродье гнусных демонов! - вспыхнул от ярости генерал, что очень тяжело переживал из-за поражения Северной Империи в последней войне и видел в златохвостой лисе не меньше чем главную причину развала страны. - Я изумлен, что ты не только смеешь ходить по этой земле, но и набираешься наглости разевать свою зловонную пасть!
Генерал уже начал извлекать меч из ножен, но Мей остановила его.
- Еще несколько минут терпения, мой друг, и мы сможем от всей души преподать этой нечисти урок хороших манер. Лиса-демон! Если хочешь спастись, покажи нам что-то посерьезнее этих жалких огоньков! Или они - все, на что ты способна?
Ежесекундно ожидая подвоха и готовясь пустить в ход мечи, внушительный эскорт Кицунэ с рокотом и лязгом катился к парку по улицам города. Крепко сжимали оружие, впрочем, только те самураи, что были ближе к центру. Вторая и третья линии стражи вместе с влиятельнейшими людьми города тайком крутили головами и затаивали дыхание в ожидании нового волшебства.
В отличие от многих старый плотник, живший в одном из окраинных районов Сихоро, не ждал тем вечером никаких чудес. Завершив дневные дела, он вместе со своей женой забрался в угол маленькой комнатки и, обняв старуху, забылся привычным сном. Ничто не предвещало беспокойства, но вдруг в дверь кто-то постучал. Что там еще? Не сыновья же среди ночи вздумали старика-отца разыскивать? И клиенты тоже по ночам не беспокоят.
Теряясь в догадках, старик поднялся и, кряхтя, заковылял к выходу. Неужели домовладелец опять напился и пришел просить денег в счет будущих уплат за жилье?
Но это был не домовладелец. Старик открыл дверь и замер, словно пораженный молнией, увидев перед собой стройную девчонку в кимоно храма Стихий и ярко раскрашенной маске бога-пса Инуками, особо почитаемого в холодных горах страны Камней.
- Я чем-то могу помочь вам, мико-сама? - вежливо поклонившись, спросил старик.
- Ни пожертвований, ни агитации, ни продажи чудодейственных средств! - нараспев ответила девчонка, взмахивая искусно разукрашенным веером в такт словам. - Лишь весть мне дано принести вам, добросердечный Веймин-доно, о том, что златогривый владыка гор радуется гостье с холмов и в честь нее праздник решил объявить!
- Вы из школьного театра, юная леди? - без лишней сердитости спросил старик. - Час немного неурочный, и вы уверены, что правильно выбрали зрителя?
- День - время созидания, ночь - время отдыха и радости, - ответила девчонка, одарив сияющим взглядом старика и, подошедшую к двери следом за мужем, старуху. - И может ли счастье выбрать недостойных? Примите же дар жизни и весны из моих рук в благодарность за те улыбки, что вы дарили нашему алтарю в храме во время молитвы! - юная жрица вскинула руку и схватила пальцами один из золотистых огоньков, на которые старики обратили внимание только сейчас. Огонек, пойманный девчонкой, радостно полыхнул ярче и... превратился в живую веточку сакуры, буквально усыпанную бутонами розовых цветов.
- Да, это уже не детские шутки, - вздохнул дед. - Или кто-то с гендзюцу играется, или в еду нам что-то подмешали. Испытываете на безответной бедноте галлюциногенные препараты? Ладно, куноичи-сама, делайте что хотите, издевайтесь и смейтесь над стариками, мы уже свое пожили...
Сияя улыбкой, юная жрица вложила веточку сакуры в послушно подставленную ладонь старика, а затем вдруг легко, словно пушинка на ветру, отскочила и повисла в воздухе, метрах в пяти от земли.
- Приходите в парк! - крикнула она. - Великий Кинрю, бог шести храмов, созывает всех на грандиозный праздник! Весна! - девчонка принялась кружиться на месте, размахивая рукавами кимоно, плиссированной тканью хакама и... длинным, пушистым, собачьим хвостом. - Весна пришла! Весна!!!
Сорвавшись с места, она умчалась прочь, оставив шокированных стариков стоять у дверей дома.
- Инуками... - сказала жена плотника, глядя вслед нарушительнице спокойствия. - Это же Инуками! Ты видел, Веймин? У нее хвост собаки!