***
Макей проснулся от будильника.
—Боги, за что… — юноша выключил будильник.
Достав тетрадку он сделал запись.
«Четверг:
Сегодня мне никто не снился»
Встав с кровати Макей пошел собираться на работу.
—Джефф, не хочешь сходить со мной? Поможешь, быстрее вернемся домой. — спросил пепел.
—Нет, сегодня без меня, если я снова пропущу пару, я труп. Я же не ты, это у тебя хорошие оценки, а мне нужно подтянуть их перед сессией. — вздохнул Джефф.
Макей сделал себе кофе и пошел на балкон. Раздался звонок с телефона. Звонил Греги.
—Алло, Макей, меня сегодня не будет, выйди сегодня на полную смену, там будет Роуз и Сара. — попросил Греги.
—Ладно, но три дня я не выхожу на работу, договорились? — ответил Мак.
—Договорились — Грег сбросил трубку.
Макей так и оставил свое кофе на балконе.
Придя в магазин он увидел, что никого из посетителей сегодня нет и выдохнул.
—Может сегодня будет тихо? — подумал Макей.
—Привет! — его радостно в два голова поприветствовали Роуз и Сара.
—У тебя всё хорошо? Ты вчера ушел какой то странно расстроенный. — Роуз подошла к нему и положила руку на его плечо.
—Да все хорошо — Макей дернулся от её руки как ошпаренный.
День прошел тихо, было не так много народу, как и хотел Макей.
Роуз целый день пыталась заговорить с Макеем, но тот её избегал.
Когда смена закончилась Мак ушел не попрощавшись.
Придя домой пепельноволосый покормил Грейси и поговорил с Джеффом.
—Я допущен к сессии, поздравь меня. — восторгаясь собой сказал Джеффри. — есть повод отпраздновать!
—Сессию сдашь, тогда и отпразднуем — буркнул Макей и ушел в свою комнату.
***
Темнота. Всё та же любимая темнота. На стуле сидела она. Лала.
—Макей, мой мальчик, я хочу рассказать тебе, хочу поделиться с тобой, хочу рассказать, кто мы… кто такой…
4 Глава *Личный Дневник*
Пятница:
Сегодня мне снова снилась Лала.
Мы были в той самой комнате просторной, темной. В углу мягко светила лампа, разливая тёплый янтарный свет. Здесь всегда тихо. Здесь всегда спокойно.
Я начал рассказывать ей про день на работе — про то, как снова не смог собраться с мыслями, когда ко мне снова подошли буйные клиенты, как руки дрожали от злости. Обычно я стыжусь таких моментов, но с Лалой… не стыдно.
Она слушала, не перебивая, лишь изредка кивая. Потом тихо спросила:
— Ты ведь понимаешь, что это не делает тебя слабым?
Я хотел возразить привычно, машинально, но она мягко коснулась моего запястья. И вдруг все оправдания растаяли. Осталась только правда:
— Мне страшно. Всё время страшно.
Лала улыбнулась спокойно, без тени осуждения:
— Я знаю. Но ты не один.
И в этот момент я по‑настоящему поверил ей. Не умом, не из вежливости всем существом. Здесь, в этой комнате, под светом лампы, её слова звучали как закон. Как нечто незыблемое.
Когда сон начал рассеиваться, я поймал себя на мысли: мне не хотелось уходить. Мне хотелось остаться здесь.
Воскресенье:
Снова та комната. Снова лампа. Снова она.
На этот раз я заговорил первым:
— Иногда мне кажется, что я разваливаюсь на части. Что вот‑вот потеряю себя окончательно.
Лала не стала утешать пустыми фразами. Она просто взяла мою руку и сказала:
— Пока ты помнишь, кто ты, ты не потеряешься. Даже если мир вокруг рушится.
Я посмотрел на нее, с каждым сном она начала казаться более настоящей.
— А если я забуду?
— Я напомню.
В её голосе не было ни тени сомнения. И это… успокоило. По‑настоящему.
Мы просидели так долго не считая минут, не думая о времени. Просто были. И за долгие месяцы я почувствовал, как внутри расправляется что‑то сжатое, будто пружина. Как будто я могу дышать глубже. Полнее.
Перед пробуждением она шепнула:
— Ты сильнее, чем думаешь.
И я… почти поверил.
Понедельник:
Эта комната стала моим убежищем.
Сегодня я пришёл сюда во сне, конечно, и сразу почувствовал облегчение. Лала уже ждала. Она улыбнулась, и я вдруг понял: я жду этих снов больше, чем чего‑либо в реальности.
Я рассказал ей о детстве о вещах, о которых никому не говорил. О страхе, который жил во мне всегда, о чувстве, что я не такой, как все. Что я ошибка.
Лала слушала, не отводя взгляда. А потом сказала то, от чего у меня сжалось сердце:
— Ты не ошибка. Ты чудо.