- Я хочу поехать с тобой, - перебила она. Не заметив выражения нескрываемого удивления и радости, отразившихся на лице мужа, она сосредоточенно рассматривала птицу, оценивая ее состояние. - Если ты сможешь подождать еще несколько дней, я уверена, сова будет здорова и полна страстного желания обрести свободу. Тогда я смогу присоединиться к тебе, она поколебалась и добавила: - Если, конечно, ты не предпочтешь поехать один.
- Нет, конечно нет. - Трентон хрипло откашлялся. - Я охотно возьму тебя с собой.
- Хорошо. Тогда договорились. - Она лукаво склонила голову. - Но мы вернемся на Уайт, правда?
Трентон улыбнулся:
- Разве я смогу удержать тебя вдали от него? Пожалуй, нет.
Она вышла из хлева, обхватила себя руками и окинула взором окружающие их плюшевые зеленые холмы и прекрасные цветы.
- Я никогда не думала, что смогу ощутить такую привязанность к Спрейстоуну, словно я родом из этих мест.
- Знаю. - Трентон подошел и встал рядом. - У этого острова есть особенность - он умеет похищать сердца людей.
- Ты так и не научил меня управлять парусной лодкой, - напомнила она.
- Потому что ты постоянно находилась рядом с совой.
- Постоянно? - Она повернулась и одарила его взглядом, в котором невинность сочеталась с непреодолимым соблазном.
Желание, неотступное и головокружительное, вспыхнуло в чреслах Трентона - неизбежность, которую он больше не подвергал сомнению и которой только изумлялся. Притянув к себе Ариану, он запустил пальцы в густую массу каштановых волос.
- Я не могу насытиться тобой, туманный ангел.
- А я - тобой, - прошептала она, расстегивая пуговицы его рубашки. Нам действительно следует начать собирать вещи.
- Позже.
Он запрокинул ее голову и прижался губами к пульсирующей на шее жилке.
- Когда позже?
Она распахнула его рубашку и провела ладонями по мощной покрытой волосами груди.
Кобальтовые глаза Трентона потемнели и стали почти что черными.
- Я рад, что сове еще необходима твоя нежная забота, - пробурчал он, подхватывая ее на руки и направляясь к дому. - Потому что мне тоже она необходима.
- Трентон? Ты уверен, что она набралась достаточно сил, чтобы летать? Может, она...
- Посмотри на нее, - мягко ответил Трентон, показывая на клеть. - Глаза у нее стали ясными. Сегодня вечером четвертый день, как она хорошо ест. Она беспокоится с утра. Ей необходима воля.
- Ты прав. - Ариана решительно вздернула подбородок. - Было бы жестоко держать ее и дальше в плену. Одиссею необходимо парить.
- Возможно, она последует за нами в Суссекс, как последовала на Уайт, предположил Трентон, чуть заметно улыбнувшись. - Похоже, она взяла на себя роль твоей защитницы.
- О, я нисколько не сомневаюсь в том, что мы увидим ее снова.
- Еще одна вера, туманный ангел?
- Постоянная вера, супруг мой. - Она присела на корточки рядом с клетью. - Ты поправилась, прекрасная странница, - торжественно сказала она. - Прими свободу, которая принадлежит тебе по праву. - Без колебаний она подняла клеть и отступила назад. - До встречи, друг мой.
Сова повернула голову и увидела, что ее тюрьма исчезла. На мгновение она устремила свой острый топазовый взгляд на Ариану, моргнула раз, другой. Затем с пронзительным криком раскинула крылья и вылетела в открытую дверь хлева в желанный сумрак.
Ариана схватила фонарь и побежала за ней.
- Куда ты? - окликнул ее Трентон.
- Я хочу понаблюдать за ней. Она великолепна в полете. - Ариана помедлила. - Пойдем со мной.
- Должно быть, я сошел с ума, - пробормотал Трентон, следуя за ней. - Я убегаю от кукушек и преследую белых сов. Следующее, что ты сделаешь, - это заставишь меня спроектировать какие-нибудь строения, где твои драгоценные птицы смогут устраивать светские приемы.
Ариана засмеялась.
- Мне нравится эта мысль. Скорее! - Она схватила его за руку, и они бросились по саду из Спрейстоуна. Сова летела грациозно, за ней легко было следить. Она была единственной светлой полоской в темнеющем небе. Дважды птица опускалась на ветви высоких деревьев, бросая беглые взгляды на землю, затем снова летела, явно проверяя свои крылья, упиваясь вновь обретенной свободой.
- Она намерена перелететь через Солент, - заметил Трентон, останавливаясь, когда они достигли берега у порта Брэдинг.
- Может, она, опережая нас, направляется в Броддингтон! - Ариана бежала, не обращая внимания на влажный песок, пристававший к ее платью и туфлям, и остановилась у самой кромки воды. Высоко подняв фонарь, она молча прощалась с другом, пристально вглядываясь в ночное небо до тех пор, пока сова не скрылась из вида.
- Она поистине свободна, - тихо произнесла она и, обернувшись, улыбнулась Трентону: - Некоторым вещам суждено произойти, у нас нет над ними власти. И это одно из таких мгновений.
Трентон не ответил. Теплый свет фонаря разливался вокруг нее, придавая сверкающей меди ее волос огненно-красный оттенок. Вода плескалась у ее ног, касаясь края платья, затем откатываясь в темнеющий залив.
Внезапно незваный образ возник перед Трентоном, пронзая его, словно нож, вызывая резь в животе. Вспышки воспоминаний, неудержимых, незабываемых, забили ключом.
Некоторым вещам суждено произойти, Трентон... И это одно из таких мгновений. Мерцание темно-красных волос, золотистая дымка фонаря.
Да, Ванесса. Ты права. Это мгновение должно было наступить, но не по тем причинам, о которых ты думаешь. Он ощутил, как волна гнева прокатилась по его венам, слепая ярость вспыхнула вновь, словно все это происходило сейчас. Это не начало, злобная шлюха... Это конец. Я гарантирую тебе: сегодня вечером.
- Трентон?
Плеск волн, молчание ночи. Конец.
- Трентон? - Ариана подошла к нему, глаза ее светились участием. - В чем дело? Ты побелел как полотно.
Трентон, оцепенев, смотрел на нее невидящим взором.
- Ты пугаешь меня... Что случилось? - Ариана стиснула его руки.
В глазах Трентона загорелся холодный блеск и он оттолкнул Ариану.
- Не надо снова. Ванесса. Никогда больше.
Повернувшись на каблуках, он поспешно направился в Спрейстоун.
***
Река Арун не изменилась.
Освещенные единственным фонарем, темные вздымающиеся воды стремительно неслись по Суссексу, с неистовой силой впадая в канал.
Женщина пристально всматривалась в пустынный берег, вызывая перед своим мысленным взором мужчину, которого желала, и женщину, которой больше не было, - образ, превращавший ее по-прежнему прелестные черты в маску ненависти.
Все это вскоре будет исправлено.
- Мисс?
Песок приглушил звук шагов констебля. Она не слышала, как он подошел.
- Да?
Она поспешно надвинула капюшон на глаза, прикрывая лицо.
- С вами все в порядке?
Она тотчас определила, что его обветренное лицо незнакомо ей, и вздохнула с облегчением.
- Конечно, констебль. Со мной все в порядке... просто наслаждаюсь вечерней прогулкой.
Он нахмурился:
- Я увидел свет вашего фонаря. Такой молодой леди, как вы, не следует гулять в одиночестве у реки ночью.
Она чуть не рассмеялась вслух от нелепости его замечания. Ее молодость давно миновала, и она лучше, чем кто-либо иной, знала, что страх проистекает не от одиночества, а от беспомощности.
- Вы, безусловно, правы, констебль. Пора возвращаться домой.
- Вы живете поблизости?
Его густые брови озабоченно нахмурились.
- Сразу за теми деревьями, - поспешно ответила она. - Спасибо за заботу, констебль. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, мисс.
Она ощущала на себе его взгляд, когда шла в сторону своего мнимого дома. В будущем ей следует быть осторожнее. Поднявшийся ветер освежил ее раскрасневшиеся щеки. Ей хотелось опустить капюшон, чтобы ветер растрепал ее волосы и вернул ей ощущение жизни. Но риск был слишком велик. Ее пальцы стиснули накидку, прижимая ее к голове. Но одна упрямая прядь выбилась и вызывающе затрепетала на ветру. Только луна стала свидетельницей того, как она отливала ярко-красным цветом.