Что нет занятия более мутного, тягомотного и давящего на мозги, чем допрос в полиции, я усвоила еще в детстве, и только это знание не давало мне взорваться при виде очередного следователя, возникающего на жестком казенном стуле напротив меня и с фальшивой улыбкой просящего повторить все сначала.
В такие моменты начинаешь скучать не то что по форту, но и по Корпусу.
***
- А ты стала эмоциональной, - Тайл не отрывал взгляда от дороги - он вызвался подбросить меня до базы, а в окрестностях космопорта поток машин подскочил втрое. - На мору не похоже.
Я искоса наблюдала за ним, бездарно делая вид, что смотрю на дорогу. Полувоенная форма полиции идет ему настолько же, насколько не шел мешковатый комбинезон, звякающий от металлического хлама в карманах при каждом движении. Ему, как ни странно, идет черный. Идет наглаженная до хруста куртка, перетянутая бронежилетом до полного анатомического соответствия, и брюки с аккуратными стрелками. И что-то еще, называемое взглядом и разворотом плеч. Взглядом вернувшегося домой.
- Ты правильно сделал, что ушел. Здесь ты на своем месте.
В тишине слова звучат слишком громко.
- Почему-то мне казалось, что мой уход ты не одобрила, - он обернулся ко мне всем телом. Звякнула, выбиваясь из-за ворота, пластина с личными данными на тонкой цепочке.
- Значит, зря, - я следила, как он прячет ее обратно, и думала о том, что не хочу, чтобы этот кусок металла когда-нибудь пригодился. Совсем не хочу. - Но почему здесь? Ты терпеть не можешь Деррин.
- Все города одинаковы, и планеты, в сущности, тоже. Без Ремо я не уеду, а он уходить не хочет, - Тайл отвернулся, следя за редким потоком машин. - Здесь не хватает патрульных. Из-за войны преступность подскочила втрое - обыватель уже ждет конца света, и поэтому ему море по колено. Так что местное руководство готово взять даже ремена с тридцатью годами стажа следователем на Солярике - патрулировать улицы, - в его голосе мелькнула горечь.
Я помолчала.
- Значит, будешь здесь?
- Да, - пауза. - Почему ты не уехала?
Я пересказала события предыдущей недели, опуская наиболее кровавые подробности.
- Вот как... - Тайл качнул головой и медленно проговорил: - Кое-кто наверху выражался в том смысле, что это дело полиции, а вовсе не военных. Если все так, как ты говоришь...
- Все хуже. Если, не приведи боги, вас пошлют в усиление, это все равно, что отправить на расстрел. Результат, по крайней мере, будет один.
Несколько кварталов в кабине царила тишина. Я не выдержала первой, хотя вопрос, строго говоря, не слишком меня волновал. Просто хотелось что-нибудь сказать.
- Так как там "мой" труп?... Выяснили, кто его так?
- Нет, - Тайл плавно заворачивал на знакомую улицу. Высотный административный корпус базы уже мелькал среди домов. - Но навряд ли разделывал его кто-то двуногий, если тебе интересно. А вот залить труп кислотой, чтобы скрыть следы, ни у одного животного мозгов не хватит.
- С чего ты взял, что это вообще животное?
- Потому что труп, мягко говоря, погрызли. Грубо - сожрали половину. Либо унесли. Но, скорее всего, - сожрали. Кое-где следы остались, экспертиза вроде бы подтвердила. Ты вообще заметила, сколько частей тела не хватает? И что в крови вся стена, будто его с ходу начали на куски рвать?
- Как-то не привыкла всматриваться в трупы. Тем более, что чаще всего они являются прямым результатом моей деятельности... - я потерла лоб. Дело неожиданно принимало любопытный оборот. - Слушай... Значит, это мог быть кто-то... с животным?
- И возможно, не одним, - безрадостным тоном отозвался ремен. - Я понимаю, о чем ты думаешь. Если местные психи перешли от поджогов к натравливанию своей свиты на прохожих...
- Городу мало не покажется, - и это еще слабо сказано. Я припомнила чуть ли не сотенные стаи, с которыми не справлялись солдаты в тяжелой броне. А ведь их всех нужно чем-то кормить, и как это раньше мне в голову не приходило... Ведь если так, на наших психов действительно бросят и внутренние войска, которых почти не осталось, и полицию с этой ее смешной экипировкой... И вот тут мне стало по-настоящему страшно. И вовсе не за себя. - Тайл... Скажи, что не имеешь склонности к самоубийству.