Мы не встретили больше ни одного вражеского отряда. Это выходило за рамки возможного, за рамки простой удачи.
За темным шитком шлема я не могла видеть, куда и как он смотрит, но видела, как пляшут его пальцы, и знала, что он идет с закрытыми, слепыми глазами. Как тогда. Давным-давно... Считая проплывающие мимо кварталы, я уже знала, кем он был, и почему пошел с нами.
И начинала верить, что шанс есть.
Постепенно мы сворачивали в восточный район - территорию, где начались убийства. Вдоль дороги потянулся крошащийся древний забор. Через сотню метров нашлась подходящая дыра, и мы почти бесшумно просочились внутрь.
На захламленном пустыре вразнобой стояли уже знакомые бараки. После нашей памятной встречи с вожаком меня нашли не так далеко от них - другой отправной точки у нас не было.
Авангард начал спускаться через знакомый люк в подвалы. Я уже собиралась двинуться следом, как Диррхейм положил мне руку на плечо, отводя в сторону.
- Морровер, обещайте мне одну вещь.
- Да, фарр, - я удивленно обернулась.
- Вы выживите. Любой ценой. Бросите всех умирать, но дойдете до цели... Иначе ничто не будет иметь смысла.
- Вы так видите?...
Он помедлил и кивнул, признавая.
- Но чем я настолько лучше остальных?...
- Он подпустит вас к себе.
Северянин отвернулся и нырнул в лаз, прежде, чем я успела спросить, почему. Я спускалась следом, а на сердце лежал комок льда.
Тесен - оракул. Видящий. Оракулы выше четвертого класса способны не просто видеть будущее, но и в мелочах влиять на него, сплетая нити Полотна чуть по-другому. Эти его пляшущие пальцы... Он выше четвертого класса. И видеть должен далеко...
Всколыхнулось с новой силой, встало на дыбки звериное чутье на врага, прищелкнуло зубами... Что он видел из того, что уже было? И почему не сделал ничего, чтобы это предотвратить?...
Коридоры плелись ловчей сетью, в которую мы забирались сами, разве что делали это куда осторожнее мух. Сканировалось все, что возможно просканировать приборами, на десять-двадцать шагов вперед. Все фонари были отключены, перед каждым перекрестком и ответвлением коридора отряд замирал на несколько минут, сливаясь со стенами, пока не вернутся разведчики. Куда идти, я не помнила, поэтому вел Маэст, пробираясь к тому месту, где меня нашел.
Местность постепенно становилась знакомой. В том, что логово близко, я сомневалась - до сих пор мы не встретили ни души, и в прямом, и в переносном смысле. Не может быть, чтобы отвлечение сработало настолько хорошо, как и предвиденье Диррхейма.
Маэст внезапно остановился, подняв руку:
- Здесь. Куда дальше?
- Морровер, ваша очередь. Ведите, - штабной повернул голову в шлеме ко мне.
- Но я понятия не имею...
- Сюда же как-то пришли? - оборвал он. - Думайте.
Я кивнула. Опустила подбородок, упершись взглядом в пол. Сюда я пришла по тающей... будем честными - уже сгоревшей нити. И кое-чему еще...
Закинув "мать" за спину, я медленно опустилась на корточки, прислушиваясь к тревожной тишине. Скрипнула цементная крошка у кого-то под ногами, где-то далеко впереди размеренно закапала вода из протекающей трубы.
Я слушала Мир, а увидела... призрака. Тусклое, незаметное обычному глазу пятно, оно плыло нам навстречу, не видя, не замечая... и не противясь. Я не могла говорить с духом, но чувствовала слабый, истлевающий след смерти в энергетических потоках.
Кровь запульсировала в висках, затылок налился жаром и тяжестью. Оттолкнувшись руками, я рванулась вперед, навстречу разлетающимся ошметкам мертвого следа, пока еще успевала, пока еще могла это сделать...
Я снова бежала по лабиринту, слыша за спиной удивленные вскрики, торопливые приказы по внутренней связи и эхо шагов оставшегося где-то далеко отряда, даже в горячке погони понимая, что это будет стоить мне еще одного кровоизлияния.
Извините, фарр Диррхейм, я все-таки не выживу.
Километр, полтора, два... Я чувствовала, что вот-вот распад выведет след за пределы моих способностей, и понеслась, уже не видя и не слыша ничего, торопясь поймать едва заметные мертвые потоки, стремительно убегающие сквозь пальцы.
По густому энергетическому течению прошла слабая волна, - не войди я настолько в резонанс, и не услышала бы ее. Но - вошла, и - услышала, слабый шепот, набатом загрохотавший в перенапряженном мозгу: "Беги! Я не хочу стоять над твоим гробом..."