Выбрать главу

После лекции Лианна и Мариэль подхватили её под руки, увлекая в привычный вихрь разговоров о предстоящем бале. Они спорили о тканях, о цветах, о том, какие офицеры будут приглашены и кто из них «самый достойный внимания». Их смех звенел легко и беззаботно, словно в мире не существовало ни Совета, ни интриг, ни скрытых договорённостей.

Ариана слушала, кивала, даже улыбалась в нужных местах, но её мысли оставались холодными и сосредоточенными. В прошлой жизни она с тем же азартом обсуждала наряды, а вечером на балу встретила человека, который впоследствии стал её мужем. Тогда всё казалось случайностью — удачной, красивой, почти сказочной.

Теперь она знала цену совпадений.

Когда занятия закончились, она не поехала домой.

Карета повернула в западный квартал, туда, где располагался особняк Валкери. Район был строже и сдержаннее: меньше декоративных фасадов, больше камня, больше военной выправки даже в архитектуре. Дом герцога не стремился поражать роскошью; он внушал уважение массивностью и ясностью линий.

Пока лакей докладывал о её визите, Ариана ощущала не страх, а напряжённую собранность. Она понимала, насколько дерзок её шаг. Семнадцатилетняя девушка, ещё студентка, приходит к одному из самых влиятельных людей столицы и предлагает союз, который изменит расстановку сил.

Её провели в гостиную с высокими окнами. Свет ложился на тёмное дерево панелей, подчёркивая строгую обстановку. Здесь не было ничего лишнего.

Герцог вошёл без спешки.

Он был выше, чем она помнила по редким встречам на официальных приёмах. Военная выправка чувствовалась в каждом движении, а взгляд был спокойным, оценивающим. Он не выглядел человеком, которого легко удивить.

— Леди Вельдор, — произнёс он, остановившись напротив. — Ваш визит неожидан.

— Прошу простить за внезапность, ваша светлость. Разговор касается будущего наших домов.

Он жестом предложил ей сесть и сам занял кресло напротив, не сводя с неё внимательного взгляда.

— Я слушаю.

Она не стала обходить тему.

— В ближайшие месяцы в Совете будет пересмотрено распределение поставок стратегических материалов. Это неизбежно.

Его взгляд чуть изменился — интерес стал острее.

— Вы говорите так, будто присутствовали на закрытых переговорах.

— Я наблюдаю тенденции, — спокойно ответила она. — Некоторые решения принимаются слишком поспешно.

Он слегка наклонил голову.

— И какое отношение это имеет к Валкери?

— Прямое. Если мануфактуры Вельдоров перейдут под контроль людей, чьи интересы не совпадают с интересами армии, цепочка поставок окажется уязвимой. Ваш отец понимает, чем это может закончиться.

Тишина стала плотнее. Герцог не перебивал, но его взгляд уже не был просто вежливым.

— Вы пришли предупредить меня? — спросил он.

— Нет. Предложить решение.

Она выдержала паузу, позволяя словам обрести вес.

— Союз наших домов. Брак.

Его лицо осталось спокойным, но в глазах мелькнуло настоящее удивление. Он явно не ожидал, что девушка, едва достигшая совершеннолетия, произнесёт это так твёрдо и без тени смущения.

— Вам семнадцать, — сказал он после короткой паузы.

— Да.

— И вы понимаете последствия такого шага?

— Полностью. Я предлагаю не чувства, а партнёрство. Наши предприятия дополняют друг друга. Объединённая позиция в Совете даст устойчивость обеим сторонам.

Он встал и медленно подошёл к окну, словно хотел оценить её слова с расстояния.

— Вы уверены, что ваш отец одобрит подобную инициативу?

— Если он увидит в этом защиту бизнеса и государства — да.

Герцог повернулся к ней.

— А если я откажусь?

Ариана позволила себе лёгкую, почти незаметную улыбку.

— Тогда, возможно, через полгода вам придётся вести переговоры с людьми, чьи интересы куда менее предсказуемы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она не угрожала. Она констатировала.

Несколько секунд он просто смотрел на неё, словно пытаясь понять, где заканчивается дерзость и начинается расчёт.

— Вы необычны, леди Вельдор, — произнёс он наконец. — Большинство девушек вашего возраста обсуждают балы и ленты для причёсок.

— Я тоже обсуждаю, — спокойно ответила она. — Но это не отменяет реальности.

В его взгляде впервые появилась тень уважения.

— Мне нужно время, чтобы обдумать ваше предложение и поговорить с отцом, — сказал он.

— Разумеется.

Она поднялась, не позволяя себе показать ни облегчения, ни напряжения.