— Это моя комната, — говорит он, когда я растягиваюсь на кровати, игнорируя его присутствие.
— Это было бы так, если бы ты был мной. И прости, что нарушаю твои грёзы, но нет.
— Я её себе забрал.
— А я — себе.
— Когда?
— Прямо сейчас.
Пользуюсь моментом, когда он отворачивается, чтобы глянуть на меня, и сбрасываю полотенце с бедра, показывая себя таким, каким меня создал Бог, но с большим количеством татуировок.
— Да ну нахрен, Хад, прикройся.
Я покачиваю задом.
— Это нормально, что твой комплекс на фоне моего гигантского размера, но ты не должен его видеть, если выйдешь из моей комнаты.
— Это моя, блин, комната!
— Слушай, Доминико Луис, — говорю я медленно, продолжая крутить этот вопрос, как пропеллер вертолёта, чтобы его развести, — вот что произойдёт: я расслаблюсь, в своей кровати, в своей комнате, прежде чем поспать. Ты можешь быть свидетелем этого или нет. Тебе выбирать.
— Не пытайся…
Я перебиваю его, прикасаясь к тому, что можно назвать главным мои достоинством.
— Три… — считаю я медленно.
— Ты не собираешься… — Но он встаёт с кровати.
— Два…
— Хадсон!
Моя рука опускается на член.
— Нет, чёрт возьми! — говорит он раздражённо. Закрывает ноутбук с гневом и хватает свою сумку, стоящую у изножья кровати. — Ты — тупой придурок!
Он выходит злой, но потом снова возвращается и швыряет в меня тапок.
— Дурак, — плюёт он, не оглянувшись, и уходит.
— Не забудь закрыть дверь, — прошу я его с лучшей улыбкой.
На самом деле мне немного его жалко. Мы оба знаем, что если всё дойдёт до мамы, она не встанет на его сторону, потому что я — её любимчик, а папа не вмешивается в наши дела. Но я забываю об этом, как только думаю о том, что могу сделать с той девчонкой, что шла по пешеходному переходу.
Когда я просыпаюсь, на моём боку лежит Постре, прижавшая голову к моей груди, и я проспал столько времени, что не могу понять, в каком году мы.
Глава 4. Крылья архангела
— Пойду с тобой! — Оставив чашку с завтраком в раковине, хватаю футболку на ходу и бегу за папой.
Маме не дается дипломатия, тем более когда нужно говорить с людьми в костюмах в их элегантных кабинетах. Вот почему папа берет на себя все официальные встречи. Это, конечно, не то же самое, что охотиться на монстров, но мне не нравится сидеть дома, вот я и предложил ему составить компанию.
Он несет папку с этими серьезными документами для местных властей, убеждая их не обращать внимания на слухи, мол, нас видели с трупами и прочими странными вещами. В общем, «Не лезьте в наши дела», подписанное папой, государством.
Честно говоря, быть наемным убийцей с лицензией плюнуть на закон — это круто. Если, конечно, зомби не откусит тебе голову, как с дядей Джеком, или морская сирена не оторвет тебе ногу, как с дедушкой Хадсоном. И не забывайте про глаз тети Розиты, который она потеряла из-за когтей оборотня. Не обманывайтесь на счет её имени, эта женщина в два счета уложит вас. Будь то в конкурсе по выпивке или в схватке один на один.
Как видите, семьи моих предков с гордостью раскиданы по США и Центральной Америке. Но если сможешь остаться живым и не умереть, то, честно говоря, моя работа мне очень нравится.
Папа поворачивается у двери и бросает строгий взгляд на Постре, который уже бежит за мной. Потом он смотрит на меня.
— Цель этой встречи — наладить отношения с местными властями как можно более вежливо. Без зрелищ и шума.
— Этого не случится, — уверяю его.
Но он едва ли дает мне закончить:
— Что будет, так это то, что ты попытаешься пронести собаку на руках, потому что ей не разрешат войти.
Я фыркаю. Ладно, мне тоже не нравится, когда люди в костюмах запрещают заходить с собаками в свои элегантные офисы, но я кидаю взгляд на Постре, давая понять, что в этот раз он остается. Папа кивает.
— С тебя уже хватит, — ворчит он, поворачиваясь и шагая вперед, окидывая взглядом мой наряд — порванные джинсы и серую футболку с боковыми разрезами, через которые видны мои татуировки. Это не та, что была вчера; просто у меня все такие. — Ты мог бы купить себе одежду, которая не служила завтраком для вермиса.
• Перевод: огромного, прожорливого червя, который питается падалью. На самом деле вермисы вполне милы, потому что умирают без особых усилий и часто указывают на присутствие нежити на кладбищах, где они появляются, поскольку личинки рождаются в их телах. Вот такие вот дела — гигиены для нежити не существует.