— Пойдём, сын.
И Артур… даже не моргнул. Не взглянул на меня. Просто повернулся и послушно пошёл к нему.
Мужчина задержался на мгновение, чтобы бросить в мою сторону взгляд, от которого внутри всё сжалось. Это было не просто презрение — он будто бы считал меня ничтожеством.
Вскоре они оба ушли, и я осталась одна. В пустом коридоре, с дрожащими руками и ноющим от боли сердцем.
Позже, когда мы с родителями ждали такси на улице, ко мне подошёл человек и молча передал записку.
И уже дома, лёжа в своей комнате, окружённая двумя собаками, я её прочитала.
И написанное разбило меня окончательно:
«Спасибо за то, что призналась. Но я не могу принять твои чувства. Прости. Пожалуйста, забудь меня.
— Артур».
И сердце моё, хрупкое и упрямое, в эту же секунду разлетелось в пыль.
*****
Череп подвинул ко мне салфетки, и я тут же шлёпнула его по руке.
— Я не плачу! — огрызнулась я, сверля его взглядом.
— Но выглядишь так, будто вот-вот расплачешься, — спокойно сказал он, не убирая руки.
— Я не собираюсь плакать, — прошипела я зло. — Даже когда прочитала ту дурацкую записку, не плакала. Он, может, и разбил мне сердце, но я была слишком зла — на него, на себя, на эту дурацкую записку, на весь этот идиотский мир — чтобы рыдать. Две недели я думала только об этом. Почему он сказал мне забыть его? Почему он даже не попытался дать нам шанс? Почему просто исчез, как последний трус? Я коплю в себе эту боль и злость уже две недели, Череп, и если он сегодня не даст мне внятного ответа, я устрою настоящий скандал перед этим чёртовым рестораном и устрою им такую рекламную кампанию, что эта забегаловка закроется, не успев открыться.
Череп смотрел на меня с выражением такого удовлетворения, будто собирался запастись попкорном.
— Ну, тогда хорошо, что я с тобой, — усмехнулся он.
— С чего бы это? — прищурилась я. — Ты собираешься остановить меня?
— Наоборот, — расплылся он в ухмылке. — У меня билет в первый ряд на шоу года. С чего бы мне мешать?
Я не удержалась — улыбнулась сквозь раздражение.
А следом моё внимание привлекла машина, плавно припарковавшаяся через дорогу. Я подскочила со своего места, завидев знакомую платиновую голову за рулём.
— Он здесь, — возбуждённо выпалила я. — Пока!
Но Череп тут же поднялся следом.
— Я иду с тобой.
Я развернулась, сверля его убийственным взглядом:
— Нет. Не идёшь.
— Ты всё равно не сможешь меня остановить, Ульяна, — ухмыльнулся он, запахивая куртку. — Так что пошли. Не переживай, я буду твоей тенью.
— Делай что хочешь, — фыркнула я, направляясь к двери. — Только держись от меня на почтительном расстоянии. И делай вид, что мы не знакомы.
— Слушаюсь, командир, — усмехнулся он за моей спиной.
Я подошла к Артуру в тот момент, когда он выходил из машины.
У меня был заготовлен целый спич. Я репетировала его перед зеркалом, тренировала интонации, даже жесты. Но всё испарилось, когда я увидела, как он обходит машину… и открывает дверь для девушки.
Брюнетки. Красивой. Слишком красивой. Которая держала его за руку. Так, как будто имела на это полное право.
Как будто он был её.
Артур заметил меня. На его лице мелькнуло что-то вроде паники, но он быстро взял себя в руки.
Я изобразила самую широкую улыбку, какую только могла выдавить, и даже помахала ему рукой.
— Привет, — бодро поздоровалась я. Даже если мне придётся умереть от натуги, я всё равно буду улыбаться. — Какая неожиданная встреча!
В его глазах мелькнула усталость, когда он посмотрел на меня.
— Да, — тихо ответил он. — Какая... случайность.
Я повернулась к ресторану:
— Представляешь, — повернулась я к зданию, — я и не знала, что тут открывается новый ресторан.
— Это ресторан его семьи, — не к месту вставила девушка. Голос у неё был слишком сладкий, слишком самодовольный. — Ты тоже приглашена?
— О, нет, — покачала я головой. — Просто проходила мимо. А ты…?
Она улыбнулась:
— Эльвира. Я девушка Артура.
Мне под ребра будто кто-то воткнул нож и с садистской медлительностью провернул его.
Я всё ещё улыбалась. Наверное. Хотя пальцы сжались в кулаки, а ногти врезались в ладони.
Она была такая счастливая, что мне захотелось придушить её.
А ещё мне хотелось заплакать. Я была на грани.
Артур открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут чья-то крепкая рука обвила мои плечи, и рядом зазвучал знакомый голос:
— Ты закончила, детка? Мы опаздываем. Столик ждёт.