Теперь мы сидели у него в гостиной, раскинувшись в креслах, как после тяжёлого дня.
— Вообще не по плану, — подтвердил я, делая глоток. — Я рассказал отцу о своих намерениях насчёт Ульяны. Он взбесился. Кричал, что я разрушу репутацию семьи, как мои братья.
— Но, насколько я знаю, Олег неплохо устроился в жизни — сейчас работает на вашу сеть и параллельно учится на магистратуре.
Откуда Кирилл это знал, я не понял. Но спрашивать не стал.
— Так и есть, — подтвердил я. — А Макар получил второе высшее и работает в неплохом месте. Они оба молодцы. Но отцу всё равно на их заслуги. Он всегда видел меня как идеального. Тем, кто никогда не ослушается, не оступится. Кто будет его зеркальным отражением, копией его самого.
— Отстой, — пробормотал Кирилл, открывая ещё одну банку. Видя, что я не тороплюсь допивать свою, он предложил мне новую — я отказался. Мне ещё за руль. — Ну и что он сказал, когда ты попробовал стоять на своём?
— Я пытался убедить его, что слухи о Ульяне — ложь и глупые сплетни. Он не слушал, и тогда он впервые в жизни… ударил меня.
Кирилл подавился пивом, благо отвернулся вовремя.
— Он ударил тебя?! — в голосе звучало неверие и веселье. — Этот тощий ублю… кхм, твой отец?
Я прищурился:
— Да, — мрачно подтвердил я.
— Да ну, ты гонишь. И что ты? — спросил Кирилл, не переставая смеяться.
— Ты ржёшь, потому что я получил по морде, или потому что не веришь, что мой тощий отец может врезать?
— И то, и другое, — без тени раскаяния усмехнулся он. — Ну, рассказывай дальше.
Честно говоря, мне уже не хотелось ничего ему рассказывать. Но адрес Ульяны мне всё ещё был нужен. Я даже подумывал спросить у Тани Градовой, но она бы точно мне ничего не сказала. Я не раз замечал, какими злыми были её взгляды в мою сторону, когда она думала, что никто не видит.
— Он никогда раньше не поднимал на меня руку, — продолжил я. — Я ведь был «лучшим» сыном из троих. Это стало для меня шоком. Но не таким, как для моей матери. Мы не знали, что она всё видела и слышала. В ту ночь у неё случился сердечный приступ.
*****
— Боже… — выдохнула я, глядя на него широко раскрытыми глазами. — Она в порядке?
Артур слабо улыбнулся:
— Да. Сейчас — всё хорошо.
— Но… приступ…
— Знаю, — прошептал он. — Мы чуть её не потеряли. И знаешь, что потом сделали отец и братья? Обвинили в случившемся меня. Обвинили… за то, что я влюбился не в ту девушку. Заставили поклясться, что я больше никогда не подойду к тебе.
*****
POV Артур
— Погоди, так ты избегал Ульяну, потому что испугался пойти против своих братьев и отца? Или потому что переживал за мать? — уточнил Кирилл.
Я молча допил остатки пива из банки, будто запивая ком в горле.
— За мать. Я думал, что, как и отец, она тоже была против Ульяны. Но спустя несколько месяцев она отвела меня в сторону и спросила, есть ли у меня ещё чувства к Ульяне. Сказала, что замечала, как я специально заезжал в рестораны, когда она там работала. Я признался, что да. Тогда мама сказала, что, если я всё ещё этого хочу, если уверен, то могу пригласить её на свидание. Она уговорит отца дать разрешение на эти отношения.
— И ты уже почти решился… — усмехнулся Кирилл. — Но потом появился я, и ты решил, что всё потеряно?
Я метнул в него хмурый взгляд, но сдержался.
— Именно. Поэтому я ничего не предпринял. Но потом начал кое-что слышать о тебе. О том, что ты спал с нашими официантками, пока якобы встречался с Ульяной. И знаешь, что я подумал? Что ты её не заслуживаешь. Что я должен попробовать вернуть её.
Кирилл снова чуть не поперхнулся пивом:
— Ты следил за нами?
— В каком-то смысле — да.
— И пришёл на вечеринку Тани, чтобы увести её у меня?
— Да, — выдохнул я. — Но она даже не дала мне шанса объясниться. Она всё ещё злилась. И я не мог её винить за это.
*****
Артур замолчал, а я снова уставилась на звёзды, размышляя о том, насколько всё запуталось.
— Может, нам действительно не суждено быть вместе, — тихо прошептала я. — Вселенная годами держала нас порознь. Может, она всё это время пыталась нам что-то сказать или пыталась уберечь нас друг от друга.
— Ты правда в это веришь? — спросил он глухо.
Я покачала головой:
— Я уже не знаю, во что верить.
Он медленно встал с качелей и опустился на колени передо мной, взяв мои руки в свои. Тёплые и чуть дрожащие.
— Я был жалким трусом, Ульяна. Брат сказал мне, что ты из тех, кто легко влюбляется, а потом быстро остывает. Потом отец счёл тебя неподходящей для меня. Поэтому я сбежал, думая, что так будет правильно. Для нас обоих.
Моё сердце застыло.
— А потом ты выглядела так, будто уже забыла меня...