***
- Денис, - окликаю я, когда занятия закончились, и коридоры опустели. Выловить парня оказалось труднее, чем я ожидала. Показалось даже, что он намеренно избегал меня, но наученная горьким опытом, я прекрасно знала: Стрельцов - человек настроения. Он мог сегодня в упор меня не замечать, а завтра довести до нервного тика. Потакать его капризам у меня не было ни желания, ни сил. Я не Морозова, и он должен был это понять раз и навсегда. - Соскучилась, киска? - блондин развернулся вполоборота и чуть склонил голову набок, криво улыбнувшись уголком губ. - Надо поговорить, - я остановилась в двух метрах от него, чтобы быть уверенной, что смогу в случае чего удрать. Когда это я стала такой трусихой? Блондин выжидающе смотрел на меня, сунув руки в карманы и прислонясь спиной к стене. Я только сейчас заметила, как он похудел: черты лица стали острее, а две расстегнутые пуговицы белой рубашки открывали вид на выпирающие ключицы. - Аристархова, я не картина, чтоб меня рассматривать. Хотела поговорить - говори, - он произнёс эти слова с улыбкой, но голос казался ледяным. На секунду я даже растерялась, ибо ожидала скорее подколов, насмешек, надменного взгляда. Но увидела перед собой только холод и равнодушие. Внутри зашевелилось неприятное чувство. - Я... Денис, - слова, над которыми я так долго думала, вдруг смешались в кучу, а потом и вовсе вылетели из головы. Какой же дурой я в этот момент себя чувствовала! - Окей, поговорим, когда научишься складывать слова в предложения, - насмешливо хмыкнул блондин, отталкиваясь от стены, и направился к лестнице. Я смотрела на его удаляющуюся спину и не могла понять, что только что произошло. Обычно слова сами лезли наружу, когда Стрельцов появлялся на горизонте, а сейчас меня словно парализовало. Внутри все нестерпимо горело, а в сознании от чего-то всплыли вздрагивающие в ласковых объятьях смуглые плечи Морозовой. Я не могу его упустить. - Да объясни мне, наконец, что, черт возьми, происходит?! - почти рычу вслед, с радостью узнав в звуке голоса прежнюю себя. Денис замирает, не оборачиваясь: - О чем ты? - Не притворяйся, что не понимаешь, - зная, как это может быть опасно, я уверенно иду вперёд. - Я не игрушка, Денис, не девочка для битья, не способ поднять самооценку. Я живой человек, ясно? Хватит с меня твоих глупых игр. - Все сказала? - Стрельцов неохотно поворачивается лицом ко мне и внимательно смотрит сверху вниз. Я не опущу глаза. Ни за что не опущу. - Значит, я использую тебя для поднятия самооценки? - парень усмехается и наклоняется вперёд. - По-моему, у тебя немного завышенные представления о себе, не находишь? - Чего ты добиваешься? - стоило больших усилий пропустить оскорбление мимо ушей. - У тебя есть Морозова, которая готова прыгать перед тобой на задних лапках, пуская слюни... Договорить я не успела. Стрельцов схватил меня за лацканы пиджака и пригвоздил к стене, так быстро и резко, что я не смогла вовремя среагировать и больно ударилась затылком. - Никогда, слышишь? Никогда не смей открывать свой миленький ротик в её сторону, - прошипел парень, тяжело дыша мне в лицо. Я шумно сглотнула, вжав голову в плечи, но заставляла себя смотреть вверх. Денис разжал пальцы, однако продолжал стоять надо мной и изъедать злым взглядом. Хотелось опуститься на корточки и обхватить голову руками. Я ничего не понимала. Ничего. Откуда эта ненависть? Что я сделала? Неужели все из-за того, что я когда-то задела его драгоценную гордость. Не слишком ли жестоко? Он уже столько раз меня унизил, что должен был давно почувствовать себя отмщенным и успокоиться. - Когда тебе уже надоест портить мне жизнь? Это что, так весело? - почти выкрикиваю я. - Я? Порчу тебе жизнь? - С его губ слетел приглушённый смех, но взгляд оставался по-прежнему обжигающе-злобным. - Это ты все разрушила, киска. Ты. Я непонимающе нахмурилась. Это ещё что значит? Что я могла разрушить? Это он уничтожил мою спокойную жизнь и безжалостно растоптал надежду спокойно закончить школу. Я набрала в грудь побольше воздуха, намереваясь выдвинуть ответные обвинения, но внезапное касание тёплой сухой ладони на моей спине под тонкой рубашкой, как неожиданный удар под дых, сдавило легкие, лишая возможности дышать и говорить. Вслед за пальцами, медленно поднимающимися по позвоночнику к тонкой полоске лифа, словно пробежал электрический ток. - Ты что делаешь? - шикнула я, опасливо озираясь по сторонам. Если кто-нибудь заметит нас, слухов не избежать. Тогда мне точно придёт конец, школьники - народ жестокий, их хлебом не корми, дай только повод изгадить кому-нибудь жизнь. Мои руки упираются в плечи блондина, но оттолкнуть не получается. Даже сейчас, когда Стрельцов выглядит измученным, разница в силе остаётся существенной. - Отпусти меня, идиот! - я дергаюсь в сторону, но парень сгибает ногу в колене между моих бёдер, не оставляя шанса на побег. Сжав челюсти, я бросаю на него свирепый взгляд, чувствуя, как горят щеки. Мой смущенный вид и бессильная ярость вызывает у него улыбку. Я чувствую его вторую руку, подбирающуюся к подолу юбки, и впиваюсь пальцами в запястье. Слова Марты больше не кажутся правдой. Если ты действительно любишь человека, то даже ради забавы не будешь зажимать по углам своих одноклассниц. - Какое же ты животное, Стрельцов, - брезгливо скривившись, я выплевываю ему в лицо эти слова, но тут же удивленно охаю, когда ловкие пальцы все-таки справляются с крючками бюстгальтера. Рука сама отпускает его кисть и прижимает к телу болтающийся на одних лямках лиф. Я продолжаю лихорадочно оглядываться по сторонам, но теперь уже умоляя судьбу, чтобы хоть кто-нибудь задержался в школе после звонка. Однако высшие силы решили снова посмеяться надо мной. Я нервно усмехаюсь про себя, ощущая, как сознание постепенно обволакивает липкое чувство паники. Он этого не сделает. Я цепляюсь за эту мысль, как за травинку, но она обрывается, когда Денис резко наклоняется и кончиком носа проводит едва ощутимую дорожку от ключицы до мочки уха, запечатлев в конце пути легкий поцелуй. Кожа моментально покрылась мурашками, а грудь рвано поднялась от судорожного вздоха, который я тут же попыталась подавить, до боли закусив нижнюю губу. - Ай-яй-яй, - Стрельцов покачал головой, чуть отстраняясь и с удовлетворением рассматривая моё раскрасневшееся и взволнованное лицо, - я идиот и животное, а ты все равно млеешь от моих прикосновений? Я сузила глаза, трясясь от злости и бессилия. Он был прав, чертовски, мать его прав. И я ненавидела это. Ненавидела то, что в его присутствии становлюсь прежней собой, той маленькой слабохарактерной девочкой, не способной дать отпор. Я задушила её в себе и похоронила глубоко-глубоко, но этот белобрысый засранец снова вдохнул в неё жизнь и заставил вылезти на свет. - Ненавижу, - рычу я, сжимая руки в кулаки, чтобы унять мелкую дрожь. - Взаимно, киска, - в тон мне отвечает парень и резко прижимается к моим губам. Не ласково и нежно, как влюблённый мальчишка, а так, словно пытался разом выплеснуть всю ярость и злобу. Насколько же ты ненавидишь меня, Денис? Блондин провёл кончиком языка по нижн