— Вот и славно, — ответил я и двинулся в коридор, минуя напряжённых охранников. Там мы с Аристархом пожали руки.
— Терпеть не могу эту волокиту и канцелярских крыс, — фыркнул он. — В семейном бизнесе я предпочитаю этим не заниматься, а общаться с людьми и сводить их с братом. Он, к слову, очень хотел бы с вами встретиться! Тем более, что он вёл дела с вашим отцом.
Ага, а потом эти дела встряли моему роду в круглую сумму.
Но на лице Аристарха я не видел никакого дурного умысла, только доброжелательность. Скорее всего, он просто не знал о многих делах своего брата.
Или очень умело скрывал это.
— Как только представится возможность, Аристарх. Увы, сейчас я весь в заботах рода и не могу выделить даже свободной минуты.
Он вздохнул. — Понимаю. В таком случае, приходите в резиденцию рода Каланских. Вам там всегда будут рады. Особенно я.
— Благодарю, — мы с ним раскланялись и я поднялся на второй этаж.
Дорогая мебель, обтянутая натуральной кожей.
Коллекционные картины на стенах.
Фигуристая секретарша с томным взглядом и пучком чёрных волос. Она широко улыбнулась мне алыми, как вишня, губами.
Сразу видно — «слуга народа и государства», но в первую очередь — больших денег, за которые он всё тут и обставил.
— Вы записаны, господин?
— Нет. Я — Кальмаров.
— Ох, именно вас господин губернатор просил пропустить без очереди! — её ресницы запорхали. — Прошу, проходите. Вам чай или кофе?
— Чай без сахара, — улыбнулся я в ответ и шагнул в кабинет.
Там меня встретили фразой:
— Кого я вижу! Сударь, знаете ли вы, насколько у вас большие проблемы⁈
Глава 13
— Догадываюсь. Здравствуйте, — хладнокровно сказал я.
— Да-да, проходите, присаживайтесь, сударь, — улыбнулся полный мужчина с залысиной и густыми бакенбардами. Он указал на роскошное кресло напротив своего стола из красного дерева. — У нас с вами очень много тем для разговора.
— Начать вы решили с моих проблем, — цыкнул я, садясь напротив губернатора.
— Ну разумеется, потому что город и страна не могут потерять клан Кальмаровых! Вы знаете, какие задолженности у вашего клана? На более чем пятьсот тысяч.
— Четыреста. Я видел отчёты
— Значит они устарели! Я только вчера взял дело под свой личный контроль, чтобы не допустить самых катастрофических последствий! — он говорил оживлённо и так же оживлённо жестикулировал. — Вы знаете, что ваш клан может быть принудительно расформирован по причине нехватки средств? А потом остров Кальмарский, который принадлежит вашему роду, будет конфискован в пользу займодателей!
Сходу он принялся нагнетать. Чтобы вывести меня на эмоцию страха и заставить потерять спокойствие, а значит и возможность хладнокровно принимать взвешенные решения.
Словом, он мне не понравился.
— Да, и в таком случае моему роду придётся искать новый дом. Например, в черноморских губерниях или на Балтике.
Он нервно улыбнулся. — Ну что же вы так. Не торопите коней, я просто обрисовываю ситуацию именно для того, чтобы вы остались на земле своих предков. На Дальнем Востоке вы гораздо нужнее, чем в Европе. К тому же, я очень хочу посодействовать вам в решении проблемы.
— Отлично, — твёрдо сказал я, положив письмо отца на стол. — Тогда признайте меня легитимным главой клана и мы продолжим разговор на более высоком уровне.
— Выше уже некуда, сударь, — он мельком взглянул на него и мягко отодвинул ко мне обратно. — Я остановил приём нескольких людей, чтобы побеседовать с вами. Потому как от вас зависит судьба нашего города — властелина востока!
Как пафосно. Я даже усмехнулся.
— Зря смеётесь, сударь. Владивосток действительно в большой беде, — нахмурился он и поднялся. — Он в блокаде! Не побоюсь этих слов! — губернатор принялся расхаживать назад вперёд, соединив руки за спиной. — Торговые и транспортные суда подвергаются атакам чудовищ, которых мы не можем истребить!
— Я знаю. Мы с Виталием Амурским уже поговорили насчёт атак мегалодонов и контрмер.
— Отлично! Тогда вы знаете, что мы должны как можно скорее решить проблему. Детали становится уже сложно скрывать от общественности, прикрываясь прорывами из Изнанки на морских путях.
— Я хочу десять тысяч рублей за этот рейд, плюс две тысячи за каждого убитого мной мегалодона.
Губернатор резко остановился, посмотрев на меня обескураженным взглядом.
— Сударь, вы рассуждаете не как аристократ и патриот, а как, да простят меня предки, капиталист!