Эйдос в бессилии упал на колени. Его дыхание стало частым и прерывистым. Сердце готово было разорвать грудь в клочья.
- Этого не может быть. Это неправда. Это неправда. Это ложь. Видение. Видение. Страшное видение. Я видимо сплю. Точно. Я же. Я же упал без чувств на том плато.
Он с силой ударил по своему лицу. Затем ещё раз. И ещё. Ещё. Но гигантские строения, словно насмехаясь над ним, продолжали меняться. Всё то, во что верил Эйдос рассыпалось в прах под тяжестью чёрных громадин. Он был наказан за свою гордыню и неверие. За свои насмешки над вещами, что старше всего рода человеческого.
И что теперь?, размышлял он, утирая кровь с лица. Бежать? Куда? К упрекам старейшин? К насмешкам соплеменников? Признать поражение и принять свой позор? Нет! Нет! Нет! Раз это и правда так. Раз город реален, то я стану первым, кто побывал в нём и вернулся обратно. Я расскажу людям всю правду, что скрывается за безлюдными землями. И все будут говорить, что я – Эйдос из Угры – человек, который вживую увидел древний и могущественный город Эйдолон!
Но ветхая переправа сквозь чёрную бездну быстро остудила пыл охотника. Мост то и дело осыпался тонкими струйками пыли и щебня, стоило только Эйдосу сделать шаг. Посмотрев вперёд, он с облегчением заметил, что ему осталось идти не больше двадцати шагов до другой стороны. Он начал считать. Один. Два. Три. Послышался тихий треск камня на одной из опор. Одиннадцать. Двенадцать. Огромный кусок моста отвалился стоило Эйдосу поставить ногу. Только благодаря своей сноровке охотник смог устоять на шатких камнях. Он ускорился. Семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Двадцать. Двадцать один. Двадцать два. Сердце закололо в груди. Эйдос поднял взгляд и с ужасом осознал, что противоположная сторона не только не приблизилась, но и как будто отдалилась ещё дальше. В ужасе он ускорился, стараясь как можно скорее преодолеть мост, рушившийся под его ногами. Смотря под ноги, охотник не видел, как древние опоры с грохотом обрушаются вниз, исчезая в темноте. Зато он отчётливо видел, как трещины на камнях постепенно обгоняют его. И вот мост начинает рушится прямо под его ногами. В отчаянной попытке спастись он прыгнул.
Воздух вышибло из лёгких, когда он с грохотом приземлился на твёрдую поверхность. Немного отдышавшись и успокоившись, Эйдос аккуратно приподнялся на руках. Земля. Странная, больше походившая на пепел, но всё же твёрдая почва. От радости Эйдос расхохотался, не веря тому, что он смог выжить. На охоте он часто попадал в тяжёлые ситуации, но такого ему ещё не доводилось пережить. Он продолжал тихо посмеиваться, поднимаясь на ноги. Однако, стоило ему обернуться, радость его сменилась на изумление, а затем под кожу забрался леденящий ужас. Моста не было. Также как и не было пропасти, которую охотник только что преодолел. Вместо них перед ним возвышались строения причудливой формы, высотой не меньше тридцати локтей. Дверей у них не было, а в редких окнах стояла непроницаемая чернота, ещё более густая, чем была в той бездне.
Иного пути, кроме как в глубины города, не оставалось. Эйдос бродил по пустым узким улочкам, всё больше изумляясь невообразимой архитектуре города. Дома словно бы росли друг из друга. Многочисленные переходы и мостки, перекинутые между зданиями, нависали над охотником. Света практически не было: ни одно из бесчисленных окон не было освещено хотя бы толикой света. Лишь редкие каменные жаровни и железные фонари освещали улицы древнего города.
Что-то маленькое мелькнуло в конце одной из улиц. Эйдос не поверил своим глазам. Ускорив шаг, он надеялся, что это всего лишь игра его разума. Но реальность снова вдребезги разрушила его ожидания, когда вслед за первой тенью тут же пробежала вторая. Раздался крик, полный ликования, за которым послышалась непонятная речь. С опаской выглянув из-за угла, Эйдос увидел под дрожащим светом одной из жаровней тучную женщину, одетую в рваные лохмотья, сквозь которые проглядывала бледная кожа. Длинные растрёпанные седые волосы полностью скрывали её лицо. Рядом стояла маленькая клетка, в которую женщина яростно пыталась что-то положить.
Стараясь не шуметь, Эйдос подошёл поближе и пригляделся. То, что он первоначально принял за тень в конце улицы, было куклой. Старой тряпичной куклой в половину человеческого роста. Женщина изо всех сил старалась запихнуть её в клетку несмотря на то, что игрушка была гораздо больше её узилища.
- Ты всегда будешь со мной. Я никому тебя не отдам. Я – самое важное, что есть у тебя, - безостановочно шептала женщина, выкручивая конечности куклы под невозможными углами.