Я вскинула бровь от столь странного и не менее неожиданного прозвища.
— Первый квест завтра.
Он растянулся в улыбке. Хищной. Черт побери, у меня мурашки по коже от этого типа!
— Подумай хорошенько, Синеглазка. Сможешь создать такого персонажа, который не выдаст тебя со всеми потрохами? М? Это и есть первый квест.
Я облизнула пересохшие губы. И чуть подавшись в его сторону прошептала:
— Я думала об этом. Невозможно. Невозможно создать персонаж, который ничем не выдаст игрока. Тем более невозможно потом играть друг с другом и не делать предположения о том, кто перед тобой. Жесты, взгляды, слова – что-то обязательно даст ключ. Так что квест не в том, чтобы ничем не выдать себя, а в том, чтобы сделать правильный выбор: кого стоит разоблачать, а кого – нет.
Он наклонился ко мне, зеленые глаза заблестели с неподдельным интересом, вглядываясь в мое лицо.
— Умница, Синеглазка, — наконец, протянул он приглушенным голосом, так, что вряд ли это слышал кто-то кроме меня. — Первый баг нашла. Используй ключ с умом, — с этими словами он легонько постучал указательным пальцем по виску и, подмигнув, скрылся за своей перегородкой.
Мой взгляд так и остался прикованным к тому месту, где он был секунду назад, а сердце громко стучало. “Чернов играет только за себя” – эхом стучало в голове. Что, черт возьми, сейчас было?
— Голову ровно, пожалуйста, — раздалось над левым ухом.
Я вздрогнула и села, как сказали – ровно, позволяя нацепить на себя все необходимые датчики.
— Руку с браслетом поместите в это углубление и старайтесь не убирать до конца калибровки, чтобы не пришлось повторять процедуру заново.
Машинально кивнула, как болванчик. Когда мужчина закончил все манипуляции со мной и пошел к Чернову, монитор перед глазами ожил, предлагая ознакомиться с базовыми этапами калибровки.
Я сделала короткую дыхательную гимнастику, проморгалась и сосредоточилась на своей задаче. Сначала мне был предложен тест на базовые когнитивные функции: восприятие информации, внимание, память, речь, реакция, нехитрые вычислительные функции. Затем чуть более сложные задачи на принятие решений. После шел тест, очень похожий на тест для измерения уровня интеллекта. Потом они перешли к тяжелой артиллерии – сложные, порой неразрешимые задачи, которые исследуют моральные и этические дилеммы. К этому моменту у меня разве что пар из ушей не шел, хотелось повыдергивать все датчики и уносить отсюда ноги.
В ту секунду, когда я сжала кулак свободной руки и почти заехала им по столу, голосовой помощник объявил получасовой перерыв на ланч. Руку разрешили убрать и размять, датчики снимать запретили.
Обед принесли прямо туда – перед каждым поставили поднос с ланчем. Откуда-то с противоположной стороны стола раздался женский возглас негодования:
— Я не ем мясо! Вы четыре часа изучали мои мозги, но не удосужились поинтересоваться, чем я питаюсь!
Тут же в ответ прилетело от кого-то из парней:
— Странно, я был уверен, что крысы едят сородичей.
— Смотри, как бы она тебя не сожрала первым, с голодухи, — раздался смешок справа.
Я откинулась на спинку стула и закрыла глаза, медленно вливая в себя стакан черного кофе – вместо предложенного супа из чего-то серо-коричневого однородной и совершенно неаппетитной консистенции.
— Кого спасла? Ребенка или пассажиров? — снова его голос, совсем близко, снова с усмешкой.
Тяжело вздохнув, медленно повернула голову к своему соседу. Морально я устала настолько, что мне не до его дурацких игр. А это мы еще не начали работать над своими персонажами. Это мы еще не встретились в игре…
— Что тебе от меня нужно, Чернов?
Иногда вопрос в лоб – самый верный выбор.
— С чего ты взяла, что мне от тебя что-то нужно? — с издевкой поинтересовался он.
Опасный вопрос, с учетом моей неуверенности в себе он вполне мог бы спровоцировать такую волну самобичевания, что я бы покрылась холодной испариной от стыда. Где он, и где я. Но. Есть всего одно “но”.
Я.