Чертовски.
Устала.
Поэтому этот снаряд прошел мимо моей головы. +1 к уклонению.
— А, снова яблочка захотелось? Могу ублажить — предпочитаешь ловить на лету, или по старинке, из рук в руки?
Боже, не знаю, каким образом все это из меня вырвалось. Вслух! Не знаю, каким образом столько едких слов вообще сформировались в предложение. Я никогда не была такой… стервой. Этот парень с красивыми глазами крайне дурно на меня влияет.
Сейчас эти самые глаза вспыхнули моментально, словно ему дали разряд тока в один из датчиков. Опасным, холодным блеском. Он лениво, снисходительно наклонился ко мне. Я съежилась под его тяжелым взглядом, ожидая удара. И не зря.
— Хочешь меня ублажить, Синеглазка?
Я уставилась на него во все глаза, как под гипнозом.
В его тоне было больше угрозы, чем в объявлении о нападении одной страны на другую. Угрозы, яда и обещания чего-то такого, от чего я перестала дышать.
Добившись, очевидно, чего хотел, он резко выпрямился и небрежно бросил, подмигнув:
— Кушай свое яблочко, Кира. Если захочу – возьму сам.
Я резко отвернулась от него и спряталась за перегородкой.
“Гад! Какой же он гад!” — яростно думала я, в то время как предательская краска разливалась по горящим щекам.
А ты, дорогуша, просто трусиха!
Надо было ответить ему что-то такое, хлесткое, как минуту назад. Хотя, лучше просто игнорировать. Переиграть его в слова вряд ли выйдет, зря вообще рот открыла.
Кусок в горло уже не лез, так что я просто раздраженно отодвинула от себя полный поднос и принялась сверлить глазами монитор, прислушиваясь к перешептываниям других ребят. Не только у меня с Маратом состоялась “беседа” — многие приглушенно о чем-то разговаривали. Кто-то с раздражением, кто-то с беспокойством. Кто-то с напускным безразличием.
Полчаса пролетели быстро. Подносы оперативно унесли, четверо мужчин вернулись и проверили, что наши руки с браслетами лежат как надо.
— Теперь самый интересный этап калибровки! — воодушевленно объявил Максим. — Пока вы обедали, все результаты ваших тестов были обработаны и загружены в Эйдос. Ваши эмерджентные слепки обновлены, система готова предложить вам именно то, что полностью соответствует вашему характеру и навыкам. Вы вправе отказаться и создать персонажа исключительно на основе своих личных предпочтений. Но должен предупредить, что мы уже тестировали такой подход, и он показал крайне низкую эффективность. В качестве стартовой модели, Эйдос предложит идеальный симбиоз на основе того, что у вас уже есть, и того, что только усилит ваши качества, тем самым избавив вас от часов подбора характеристик и статов. Вам останется лишь скорректировать то, что уже есть, выбрать желаемый класс, облик, какие-то фишки, которые сделают вашего персонажа уникальным. И не забывайте про условия теста: ваша задача остаться инкогнито. Теперь, устройтесь поудобнее: вы проведете неподвижно в этих креслах еще два часа. До встречи в Эйдосе.
Висок прострелила резкая, сильная боль. Я буквально почувствовала импульс от каждого датчика, как будто иглой вонзившийся в мою голову.
Глухо застонала, скрипя зубами.
Раньше переход не был таким болезненным – видимо, датчики усиливали все ощущения. Не хотелось бы, чтобы каждый вход в игру был такой пыткой.
— Дышите ровно, одиннадцать семьдесят три. Сделайте глубокий вдох. Теперь, медленный выдох. Повторите. Вы прекрасно держитесь, одиннадцать семьдесят три. Откройте глаза.
Они были закрыты?
Да, они были закрыты.
Разлепив ресницы, осторожно осмотрелась, щурясь от яркого света.
Я стояла на залитой солнцем опушке леса. Птичьи трели казались просто оглушительными после белого шума серверной комнаты. Да и вообще – птичьи трели были чем-то таким, о чем я лишь читала в книгах. В городах все птицы уже давным-давно исчезли. Ну, почти все. Больные всеми заразами сразу и крайне уродливые голуби никуда не делись. Их даже крысы трогать боялись. А вот те, что только что шумной стайкой пролетели мимо меня – таких я в своей жизни не видела ни разу. Глупо улыбнувшись, я втянула носом воздух, но волна разочарования быстро меня осадила: никакого запаха не было. Да, я забыла, что запах появится только на десятом уровне. На пятнадцатом – вкус. На двадцатом – тактильные ощущения.