— Может, человек просто спортом занимается… — не сводя глаз с экрана пробормотала я.
Он усмехнулся.
— Нет, Кира. О сеансах спорта и… других физических нагрузках я получаю отдельные уведомления.
Лучше бы я этого не слышала!..
Лицо тут же вспыхнуло, как будто он поймал меня с поличным. Но меня-то ловить было совершенно не с чем! Вскочила на ноги, еще толком не решив, что мне делать дальше с этой информацией. Даже понять не успела, что меня напугало сильнее: то, что он наблюдает за нами – всегда, постоянно! Или то, что он показал мне именно Чернова...
А он смотрел на мою панику совершенно спокойно. С ощутимым холодком, видя, что попал именно туда, куда целился.
— Можешь идти. Теперь ты в курсе, что мне очень не нравится, когда в моей компании от меня что-то пытаются скрыть. Это глупо. А глупость я не прощаю. Никому.
Я вышла из его кабинета на ватных ногах.
Виски сдавила боль. Острая, пульсирующая.
Хотелось сорваться на бег и просто бежать. Бежать отсюда сломя голову. Или обернуться львицей и разнести к чертям собачьим всю эту стерильно-белую контору. Но вместо этого я дошла до ближайшего закутка и привалилась спиной к стене.
Закрыла глаза, унимая сбившееся дыхание.
Надо успокоиться.
Но сердце колотилось, совершенно не слушалось.
Да и как успокоиться, когда даже сейчас, даже спрятавшись в каком-то углу, он все равно смотрит! Видит мой пульс, уровень кислорода. Все видит. Каждый чертов удар! Боже. Так и с ума сойти не долго.
— Идем.
Я вздрогнула и распахнула глаза, очевидно увеличив уровень адреналина в крови еще на четверть нормы.
Чернов коротко окинул меня взглядом и кивнул в сторону коридора, затем молча развернулся и пошел первым.
Я что, бежать за ним должна? По первому зову?
— Теперь, значит, ты решил поговорить? — яростно выкрикнула ему в спину, не сдвинувшись с места.
Он остановился, обернулся. В напряженном взгляде промелькнуло что-то вроде жалости и… раздражения. Сделав два резких шага обратно ко мне, он сквозь зубы произнес почти по слогам:
— Иди. За. Мной.
На моих губах появилась усмешка. Дикая, не совсем здоровая.
— Что, здесь не получается залезть мне прямо в голову?
Вот теперь он по-настоящему замер. На секунду-две, не больше. Ничего не ответил, но и взгляд не отвел. Затем выпрямился, схватил мое запястье и молча потащил за собой.
— Пусти! — прошипела я, тщетно пытаясь выдернуть руку.
— Советую помалкивать и идти рядом, если не хочешь слишком быстро вернуться в кабинет, из которого только что вышла.
Моя кисть тут же безвольно повисла в его руке.
Я перевела удивленный взгляд на наши руки. Кажется, это первый раз, когда он дотронулся до меня.
Тряхнула головой и медленно, старательно выдохнула, пытаясь одновременно поспевать за его широкими шагами. Даже и не знаю, зачем я так на него накинулась. Не помню, чтобы я раньше была такой агрессивной.
— Куда ты меня тащишь? — уже почти спокойно поинтересовалась я, гадая, отпустит он теперь мою руку или нет.
— К себе. Нам ведь не нужны лишние уши.
Нам. По спине пробежали мурашки, но я изо всех сил отогнала все крамольные мысли прочь.
А мою руку он не отпустил. Нет, он сжал сильнее.
Мы миновали пустынные коридоры — все сейчас были на обеде, довольно быстро. И едва за его спиной закрылась дверь, я ощутила себя в капкане.
Очередном.
Сделала два шага вглубь его комнаты, стараясь сохранить адекватную дистанцию.
Он слегка приподнял бровь, наблюдая за этим сомнительным маневром. Убрал руки в карманы. И только после поднял на меня глаза. Спокойные. Слишком спокойные.
— С чего вдруг такая настойчивость, после того, как ты прятался от меня два дня? — стараясь сделать голос ровным, поинтересовалась я.
Он усмехнулся.