— Почему не напала, если так хотела свою победу? — ровным голосом поинтересовался он.
Я резко села и чуть отползла назад, пока одна из лап, вернее – нога, еще не успела до конца вернуться в нормальный вид.
— Потому что я хотела бой на равных. А ты не использовал свою ульту, — прохрипела я.
По его глазам вдруг снова расползлась тьма.
— На равных, Нем? — он резко наклонился к моему лицу. — Здесь нет ничего на равных. А ты ради этих своих глупых фантазий чуть не утонула! Твоя задача здесь – выжить, а не победить меня. Победа или проигрыш – неважно. Выжить, Синеглазка! Весь этот раунд был только для того, чтобы ты, наконец, поняла и приняла это. Иногда придется сдаваться. Иногда придется чем-то жертвовать.
Я с глухим рычанием кинулась на него, на мгновение забыв, что уже совсем не кошка.
— Ты хозяйничаешь в моей голове, как у себя дома! — сквозь зубы шипела я, пытаясь добраться до его шеи. — Ты передвигаешься как чертов ниндзя, а не как нормальный изгой. И ты ничего не боишься, да, Демон? А раз ты такой бесстрашный, какого хрена не напал сам? Чего не включил свою ульту? Чего не показал себя во всей красе?
Он легко перехватил обе мои руки, удерживая на одном месте, но взгляд стал совсем диким, страшным. Как будто прямо сейчас в его голове выходят из строя все тормоза. Один за одним.
Несмотря на скованность движений, я вытянула шею и медленно, разделяя каждое слово, прошептала прямо ему в лицо, почти касаясь губами его маски:
— Ты не имеешь права говорить мне, что мы не можем драться на равных, пока не покажешь, кто ты есть. А до тех пор, пока ты исподтишка делаешь эти свои штучки, которых делать не должен, я буду считать тебя гребаным читером, понял?
Он склонил голову, обведя мое лицо помутневшими глазами. Перехватил оба моих запястья одной рукой, а вторая легла мне на шею.
— Хочешь увидеть, кто я есть, охотница? — низким, хриплым, совсем не своим голосом спросил он.
В этот момент проснулось, наконец, мое чутье, орущее так громко, как только возможно: опасность.
Но глядя в его глаза и совсем не испытывая того ужаса, который должна, я с удивлением поняла – опасность не от него. Опасность где-то рядом. Сзади.
Кажется, он уловил изменения в моем взгляде моментально. Или опять подслушивал мои мысли, что тоже возможно. Но его глаза в то же мгновение вернули себе цвет расплавленной ртути и метнулись куда-то мне за спину. А затем Демон всего одним еле уловимым, даже для моего меткого взгляда, движением отбросил меня к себе за спину, как крохотного котенка. И получил стрелу в плечо – туда, где долю секунды назад была моя голова. За это стрелой по обе стороны от нас тут же в землю воткнулись еще две – прилетевшие с разных флангов.
Мы вскочили на ноги почти синхронно, встав спиной к спине.
— Трое, — бросил он через плечо.
— Спасибо, но до трех я и сама считать умею, — огрызнулась, уже выпуская стрелу туда, откуда прилетел первый снаряд.
Он усмехнулся и резким движением выдернул из раненого плеча наконечник.
И тут из-за дерева, сверкая ярко-рыжей гривой, вышла та, кого я больше не ожидала увидеть в Эйдосе. Никогда.
Иллюстрация к Главе 18
Глава 19
— Что за черт? — пробормотала я, глядя, как Оверкилл медленно и совершенно спокойно приближается к нам.
Демон молчал, сканируя взглядом пространство за моей спиной.
Однако, сюрпризы на этом не закончились. Когда Оверкилл остановилась в двух шагах от нас, с разных сторон показалась еще пара персонажей – тех, кто уже давно выбыл из проекта еще во время первого испытания.
“Ты тут?” — мысленно поинтересовалась я, чувствуя себя полоумной.
“Я всегда тут, Немезис” — немного заносчиво ответил Железяка.
“Тут” — ответил тот, кого я спрашивала на самом деле.
Я почувствовала как легонько вздрогнула его спина от усмешки. Не сводя глаз с Оверкилл, я решила сперва наладить коммуникацию, а уже после – с чистой совестью, впадать в панику.