— Друид! — закричала Лилит, не сводя с него своих огромных синих глаз, — Не смей подыхать раньше меня!
Я опустила лук.
И тут вокруг нашей эльфийки появился красный кокон. Уровень здоровья Лилит тут же начал медленно снижаться. Она заметалась, как раненая олениха, пытаясь своими заклинаниями разрушить губительную сферу, но у нее ничего не выходило.
Ремеди, вернувшись в форму хила, сам почти на нуле, принялся безостановочно кастовать щиты и целительные лужи, но исцеление по Лилит почти не проходило, или не проходило вовсе. Едва первый кокон начал слабеть, как тут же был наброшен следующий. Все три ведьмы выбрали ее своей целью. И все три собирались ультить. Одна за одной. Умно. И беспощадно: если первые две, с натяжкой, она могла бы пережить, то третью – точно нет.
“Демон”
Он поднял на меня глаза, но ничего не ответил.
“Мы проигрываем”
“Знаю”
“Сделай что-нибудь! Включи свою чертову ульту, чем бы они ни была”
Он смотрел на меня целую вечность, пока эльфийка билась в агонии.
“Ты мне этого никогда не простишь” — непривычно тихо произнес он.
— Демон! — закричал Ремеди, — Помоги ей!
Сердце колотилось о ребра как ненормальное. Я с отчаянием окинула взглядом поле боя и вернулась к нему:
“Они умирают. Мы все умираем. Мое прощение – не самая большая цена”
“Ты права. Цена гораздо больше”
Я не успела осмыслить его слова, все случилось слишком быстро.
Слишком.
Меньше мгновения.
Меньше одного удара сердца, когда он оказался за моей спиной.
Обернуться я тоже не успела. Только почувствовала его присутствие.
А затем он крепко обхватил меня руками.
Не обнял.
Нет.
Он обхватил мою шею, сложив руки в замок.
И как будто все звуки – крики, полные отчаяния, лязг оружия, чей-то безумный хохот – все стихло. Он заглушил их собой, снова обволакивая меня уже знакомой тьмой.
— Ты выдержишь, Нем, — он коснулся моего уха и едва слышный шепот ядом растекся по венам. — Ты выдержишь.
“Но не простишь” — добавил он и резко сдавил мою шею.
Я дернулась всего один раз, инстинктивно. И сразу поняла, что это бесполезно. Он держал очень крепко. Он не отпустит.
Тени стали гуще, сжимаясь вокруг нас в плотную пелену. Я почти перестала видеть все, что за ними. Я перестала дышать.
“Железяка? Что происходит?”
“Жертвоприношение, Немезис. Это ульта демона-полукровки”
Демона-полукровки?
Я попыталась обернуться.
“Не простишь” – эхом отозвалось в моей голове, но я уже не была уверена – эхо ли это, или его голос.
Тени, наконец, рассеялись, но перед глазами по-прежнему плыло. Его хватка тоже ослабла, и я тут же начала оседать.
“Одна единица здоровья, Немезис. И она тоже закончится, вместе с его ультой. Прости, я ничего не могу сделать” — откуда-то издалека произнес Железяка.
Сильные руки бережно подхватили меня и опустили на землю. Я с трудом подняла глаза и увидела то, что казалось совсем нереальным. Даже здесь.
Черная маска упала, открыв на мгновение его лицо. Красивое, мужественное, суровое… испещренное шрамами и сеткой черных вен, как будто его кровь вдруг обернулась смолой. Глаза тоже стали черными, как ночь. Он дал мне себя увидеть и я смотрела, смотрела жадно, запоминая каждую черточку. А затем тени снова сгустились, оплетая его, словно саван. Демон отпустил меня и исчез.
Демон…
Демон-полукровка по имени Демон…
Он прихватил в игру свое чувство юмора. А я – свою тупость.
С трудом перевела глаза на поле боя, медленно, вяло размышляя о том, что произошло. Вернее, что еще происходит. Прямо сейчас.
Он стал другим. Демон стал настоящим демоном – крупнее, сильнее, быстрее. Безжалостнее. Черные тени метались между врагами, как смертоносный, но чертовски завораживающий ураган. Ремеди смотрел на него с ужасом и отвращением. Гном смотрел с ужасом на меня. Взгляд Лилит метался от меня к нему, все еще полный страха.