— Не говори, — проворчала Веда, делая глоток клюквенной водки.
Сладкий и горький вкус смешались на языке и отвлекли ее от мыслей.
— Я все еще не могу поверить, насколько это все отличается от того, когда мы были детьми. Помнишь, когда богатые не подходили к этому району ближе, чем на две мили? Теперь он кишит сетевыми ресторанами, и тебе приходится бороться за последний столик в баре.
Ее глаза поднялись на большой красный зонт над их столиком. Из динамиков бара лилась музыка хит-парада Топ-40. Владелец заведения, Данте, был занят за баром, полным туристов, которые никогда не переставали набиваться. Его темно-коричневая кожа сияла, даже когда солнце прощалось с ним в последний раз, и, как и у его сводной сестры, у него была сияющая улыбка для всех. Улыбка, на которую невозможно не ответить.
Хоуп наблюдала за Данте, кивая в его сторону.
— Лишь вопрос времени, прежде чем они выпрут и его тоже. Боже упаси, чтобы черный парень владел бизнесом на пристани, монополизированной Блэкуотерами.
— Не-а, — сказала Веда. — Сводная сестра Данте — Локвуд. Я сомневаюсь, что они побеспокоят его.
Веда приподняла бровь.
— Хотя, ты права. Ему, наверное, следует прикрывать свою спину. Как только им станет скучно, и они решат наброситься друг на друга, уверена, что он будет первым на плахе.
Хоуп, хмыкнув, сделала глоток своего напитка и кивнула в сторону Веды.
— Уже кастрировала тот кусок дерьма, который тебя шантажирует? Или еще лучше… уже убила его?
Прежде чем улыбнуться Хоуп, Веда, оглянувшись по сторонам, убедилась, что никого нет достаточно близко, чтобы подслушать, ответила.
— Ты говоришь совсем как Джейк. Никого не убила. Такими темпами я даже никого не кастрирую.
Ее плечи поникли.
— Джакс все знает. Я должна полностью это прекратить, иначе он никогда не успокоится. У него слишком много власти надо мной. Он полностью контролирует ситуацию и знает об этом. Он просто будет продолжать сжимать меня за горло все крепче и крепче, пока не заберет все, что я могу дать, включая мой последний вздох.
Она пожала плечами и продолжила.
— Я думаю, что мне просто нужно остановиться. Наверное, так будет лучше. Мой секрет подвергает опасности ваши с Джейком жизни только за то, что вы на моей стороне. Если меня когда-нибудь поймают, я потяну вас обоих с собой. Я не могу этого допустить.
Она сделала глубокий вдох.
— Нормальная женщина обращается к психотерапевту, когда у нее возникают психологические проблемы. Она не отрезает людям яйца.
— Так ты просто сдашься?
Веда на мгновение задумалась. Затем она пожала плечами, чувствуя, как ее лицо напрягается от поражения.
— Я тебе не позволю, — заявила Хоуп.
— Тогда хорошо, что я не спрашиваю у тебя разрешения.
— Если ты действительно думаешь, что у тебя хватит сил остановиться… после того, как ты уже попробовала кровь…? — Хоуп усмехнулась.
Лицо Веды вытянулось, и она не знала, что ответить, зная, что Хоуп права.
— Тогда единственный человек, кого ты обманываешь — это ты сама, Ви. Ты не можешь остановиться.
Веда втянула воздух.
— Ты не остановишься. Ты не остановишься, пока не доберешься до всех десятерых. Ты найдешь способ покончить с Джаксом, точно так же, как ты покончила с Тоддом и Юджином, потому что ты не сможешь спать по ночам, пока не сделаешь этого. Я знаю это, и ты тоже знаешь.
Веда судорожно сглотнула и отвернулась, делая вид, что очарована шумным тротуаром внизу.
— Все это так легко исправить, если ты просто убьешь этого сукиного сына, — Хоуп наклонилась, когда Веда закатила глаза. — Ты действительно думаешь, что Джакс успокоится от двухсот пятидесяти? Ты реально думаешь, что он собирается исчезнуть? Он этого не сделает. Ты только что сама это сказала. Он просто будет продолжать сжимать твое горло. Похоже, пришло время добраться до него, прежде чем он доберется до тебя.
Хоуп щелкнула пальцами, когда ей в голову пришла мысль. Веда почти видела, как над ее головой вспыхнула лампочка.
— Может быть, этот ребенок-фармацевт мог бы добавить в окси Джакса мышьяк.
Ее карие глаза расширились, и она откинулась на спинку стула, обдумывая свои собственные слова.
— Черт, иногда я такая гениальная, что сама себя пугаю.
— Спустись на землю, — Веда фыркнула. — Джейк уже предложил десятицентовый пистолет.
— Десятицентовый пистолет. Еще лучше. Я должна познакомиться с этим Джейком. Похоже, он чертовски веселый парень.
— Как бы ни было мило, что все мои друзья готовы совершить убийство первой степени от моего имени, мой ответ сейчас, и всегда будет, нет.
— Тогда ты гребаная идиотка!
— Скажи мне что-нибудь, чего я еще не знаю.
Веда потянула свой коктейль, глянув через плечо Хоуп. Ее глаза расширились, когда она увидела Коко, пробирающуюся через переполненную верхнюю палубу. Ее длинные черные волосы рассыпались по плечам, развеваясь на ветру, когда она подняла руку, чтобы помахать.
Веда помахала в ответ, заставив Хоуп оглянуться через плечо на Коко, как только она подошла к столу.
Коко остановилась у края стойки, улыбаясь Хоуп.
— Привет!
Веда ухмыльнулась вечному энтузиазму Коко, особенно в присутствии постоянного пристального взгляда Хоуп. Хоуп на самом деле пристально посмотрела на Коко, явно с подозрением относясь к бесплатным улыбкам, которые она раздавала, как конфеты за пенни. Сбитая с толку ее добротой.
— Коко, придвинь себе стул, — произнесла, смеясь, Веда.
Натянув рукава своей рубашки с длинными рукавами, Коко поспешила к столу позади них и спросила сидящих там людей, может ли она взять их свободный стул. Они кивнули, помахав рукой, и в следующее мгновение Коко пододвинула стул.
— Хоуп, это Коко, — Веда провела руки между ними. — Коко, Хоуп.
Коко протянула руку для рукопожатия Хоуп. Хоуп шлепнула ее, боком дала пять и сцепила их пальцы вместе.
Коко неуклюже пыталась не отставать от братского рукопожатия, к которому она не была готова, но сумела завершить его, не слишком смутившись.
Хоуп чмокнула жвачкой, кивая в сторону столиков.
— Видела, как ты входила. Ни один член, качающийся на этом балконе, не смог бы оторвать от тебя своих кобелиных глаз. Кого из них ты заберешь домой сегодня вечером, шоколадная малышка?
Веда сидела, выпрямившись, и ухмыляясь, пока Коко продолжала брызгать слюной.
— Коко семнадцать, — сообщила Веда Хоуп, стараясь, чтобы ее голос звучал непринужденно.
— Вот дерьмо.
Хоуп откинулась на спинку стула, широко раскрыв глаза.
— Виновата. Не хотела развращать невинного маленького херувима.
Коко закатила глаза.
— Нет, это совершенно круто. Я в полном порядке. По какой-то причине Веда думает, что семнадцать лет равно семи годам. Но я почти закончила среднюю школу, так что ты можешь говорить мне все, что захочешь. Я в порядке.