– Я не могу тебя потерять, потому что я т....
Лео часто закивал:
– Нет, подожди, – сказал он, – не сейчас, пожалуйста. Я безумно сильно хочу услышать эти слова, но они причинят мне боль.
Мне пришлось проглотить свое признание. На время. На короткий промежуток, чтобы однажды выкрикнуть их из самого сердца. На весь мир. Каждый житель планеты должен был знать об этом.
Но....Я чувствовала себя ужасно.
Трещина расползлась по всему телу и уже поделило сердце на две части. Поэтому душа так сильно плакала.
Это был мой самый худший день из всех других худших дней.
Глава пятнадцатая
Лео
– Хочешь расскажу тебе сказку? – Спросила меня женщина. – О других мирах, где царит гармония. Там звезды ночами танцуют вальс. Там воздух до дрожи чистейший. И птицы взлетают на всех парах, чтобы скорее устремиться к радужному небу. Нет боли и страха, страданий и злости. И только красивая жизнь на других мирах. Туда попадают по велению Бога, за добрые поступки. И это величайший из всех дар.
Я продолжал неотрывно смотреть на светловолосую женщину, которая поправляла мое одеяло. Она была такой красивой. Папа всегда называл её «моя светлая королева».
– Мы все однажды попадем туда? – Мне нравилось то место, которое описывала моя мама. И если там действительно было так хорошо, то почему мы все еще находились здесь.
– Это случится не скоро, дорогой. – Мама пригладила мои торчащие волоски, а потом нагнулась и оставила поцелуй на лбу.
– Это хорошо?
Она улыбнулась и кивнула головой:
– Даже очень хорошо. Не нужно никуда спешить, ладно? Наслаждайся этим местом, ведь оно тоже прекрасно. Если ты будешь стараться, то жизнь наградит тебя.
Но жизнь меня ничем не наградила. Это было только желание моей матери, чтобы я вырос хорошим и примерным сыном. И как итог: получил кучу проблем и смертельное заболевание. Но эта история никогда не выходила из моей головы, как и все другие. Они были тесно связаны со мной. Я часто возвращаюсь в прошлые воспоминания, когда мамины руки ласкали мои щёки, а потом она оставляла свой поцелуй. Каждую ночь. Новая сказка, но все те же родные и ласковые руки.
Вчера вечером Кристабель сказала, что сожалеет, что нет машины времени, чтобы вернуться на четыре года назад и познакомится со мной.
«– Я бы уберегла тебя от Эмили и спасла свою жизнь от Дэвида. И провела бы с тобой невероятное время, где мы бы полностью отдавались нашим чувствам и любви».
Да, это было бы хорошо, но если поменять прошлое, то это как то повлияет на будущее. И тут совсем не знаешь, какой исход бы произошёл. Поэтому нам нужно было просто принять реальную жить и ни о чем не сожалеть.
Всю ночь было серо, пасмурно и по крыше стучал дождь. Местами завывал ветер, нагоняя тоску. В комнате властно царила тишина и темнота. Я прижимал к себе обмякшее тело Кристабель, которая смогла успокоить свои эмоции только пару часов назад. Она так долго плакала. Слёзы её никак не заканчивались. Из-за этого лицо стало красным, а глаза припухшими. Но я вытерал кажду слезинку, смотрел на неё и понимал, что довольно сильно сломал эту девушку. Вдыхая, чувствовал её аромат свежести. Поэтому прижимался к ней ещё больше.
Когда мы вернулись со студенческой парковки, мокрые и немного грязные, то сразу же направились в ванную комнату. Это было хорошо. Это было сексуально и романтично. Я впервые в жизни лежал с девушкой в одной ванне, где часть пены скатывалась вниз и оседала на полу. Она прижималась спиной к моей груди, пока я оставлял поцелуи на её влажной шеи. Кристабель иногда вздрагивала, иногда смеялась и что-то говорила. Я же молча наблюдала за ней, запоминал, поражался её красоте. У неё было хорошее тело, приятная кожа, мягкие и пушистые волосы, которые уже давно намокли от воды. Меня умиляла такая простота.
А потом мы переместились на кровать, где я любил её. Нежно и медленно, без грубости и жадности. Я хотел насытиться этим мгновением, когда мы не срывали с друг друга одежду у самого входа. Но с каждым моим толчком, Кристабель плакала. Её глаза блестели от слез при лунном свете, который пробивался через единственное окно в моей спальне. Сначала я испугался, что причиняю боль, но потом она сильнее прижалась ко мне, запуская пальцы в мокрые волосы. Её стоны смешивались со всхлипами, но даже в таком состоянии Криста могла умолять меня любить её всю ночь, пока рассвет не застанет наши обнаженные тела. Она просила не останавливаться и не исчезать.