Перебрасываясь историями, они загалдели так, что если и таилось в ночном лесу что-то страшное, то сейчас оно спасалось бегством. Шум, вероятно, усилился бы еще, но Никита внезапно замолчал и поднялся. Все уставились на него. Он спокойно зашел за палатки. Оттуда послышались шорох и глухие постукивания. Через минуту парень показался снова, но уже с охапкой нарубленных днем влажных дров в руках. Никита высыпал добычу возле кресла и по одной стал бросать деревяшки в огонь.
Источник
Костер запылал ярче и выхватил из темноты лица ребят. Казалось, что среди них сидит кто-то еще — тень на краю круга света. Она исчезла так же внезапно, как и появилась, поэтому никто не решился сказать о видении вслух.
— Знаете, — покончив с дровами, сказал Никита, — мой дед тоже терпеть не мог зеркала — всегда накрывал тряпками на ночь. Говорил, что сквозь них приходят... другие.
Ребята сидели неподвижно. Все предвкушали, что их ждет интересная история, и боялись спугнуть накатившее на рассказчика вдохновение.
— Если долго смотришь, — спокойно продолжал парень, — отражение перестает двигаться одновременно с тобой. Совсем чуток. Сначала не заметишь, а потом уже поздно.
В костре громко щелкнуло, на огонь налетел ветер. Деревья зашелестели, словно публика в зрительном зале. Стало казаться, что природа намеренно поддерживает атмосферу рассказа. Симфонию нарушил резкий звук раскрывающейся молнии. Из палатки высунулась Вера:
— Эй, может, хватит? — голос ее предательски дрогнул.
За плечом Веры в полутьме палатки холодным голубым отсветом блеснуло что-то гладкое. Может, это было зеркало в руках Алины, но точно сказать было нельзя. Ребята смотрели во все глаза. Заметив это, Вера испуганно оглянулась и через миг исчезла внутри. Звуки ночи снова прорезал визг закрывающейся молнии. Никита сделал неопределенный жест и, не дожидаясь просьбы продолжить, заговорил:
— В прошлом году я ходил в поход на другом конце города, за Чертов берег. Место такое — очень красивое. Там с нами была молчаливая девчонка. Она была бледная и какая-то грустная. Ни с кем не разговаривала, никогда не пела, не ходила купаться. Даже не очень понятно было, зачем она в поход пошла. Девчонка эта была со своей подругой Катей.
Ирина разулась, поджала под себя ноги и плотнее завернулась в плед. Денис вяло рисовал на земле палочкой. Олег оперся спиной на ствол дерева и задумчиво смотрел в небо. Все внимательно слушали. Никита продолжил:
— В одну из ночей я спросил у Кати, почему ее подруга такая молчаливая. Сначала она отнекивалась, но потом рассказала мне просто невероятную историю. Она как раз в тему, — рассказчик обвел друзей глазами, как бы спрашивая «интересно?».
Ребята зашевелились, подтверждая, что с нетерпением ждут увлекательного рассказа. Из палатки Алины и Веры не доносилось ни звука. Олег заерзал и поскреб колени:
— Ну, давай, выкладывай!
Никита хитро улыбнулся и покосился на Ирину, словно ожидая ее одобрения. Она лишь смотрела на него не мигая.
— Ладно, ладно, сейчас все будет, — рассказчик поднял ладони. — Так вот, эту молчаливую девчонку звали Анна. Говорят, раньше она была веселая и смешливая. До одной ночи.
Однажды двое друзей предложили ей на велосипедах поехать за город, чтобы набрать воды в источнике. Уж не знаю, зачем им нужна была вода из источника, — пожал он плечами, словно предвосхищая вопросы. — Ребята взяли с собой пластиковые канистры, а Анна — собаку. Маленькую такую, — Никита показал руками размер. — Она часто возила ее в корзинке. Ехать им было где-то полчаса.
Добравшись, друзья бросили велики на повороте дороги у куста и дальше пошли пешком. До места компания добралась, когда стемнело. Над источником была небольшая деревянная беседка, украшенная иконами. Выше на горе стояла белоснежная церковь. За церковным двором начинался большой парк.
Чтобы набрать воды, нужно было спуститься к источнику по ступенькам и наклониться. Этим занялся один из друзей Анны. Второй друг и девушка стояли рядом, наблюдали за процессом и переговаривались. Собака занималась своими делами — все обнюхивала. И, неосторожно прыгнув через канавку, упала в во…, — прервался Никита и посмотрел на Ирину, которая, переживая за собаку, вскрикнула и прижала руки к груди.
— Бедная, бедная собачка, — плаксиво надулась она.
— А ты че заскулила? Могу и тебя в воду уронить, — потирая руки, хихикнул Олег.
Никита вздохнул.
— Я продолжаю?
— Да, да, да, — пристыженно закивали ребята.
— Так вот, — продолжил рассказчик, — парни посмеялись, но Анна переживала, что пес простынет, ведь был конец лета и ночи стояли прохладные. Попытки просушить пса не удались, поэтому она решила прогуляться, чтобы он согрелся и заодно немного обсох. Парни увлеклись своим разговором и за шумом воды даже не заметили, как она ушла.