Река
Очень медленно Анна продвигалась вперед, периодически зовя пса. Справа у самой кромки воды, в яркой полосе лунного света, сидел человек. Не на земле, а в кресло, какие обычно используют рыбаки. Она осторожно пошла в его сторону. Под ногами захрустели ветки.
Когда до человека оставалось двадцать или тридцать метров, различимые объекты закачались. Будто перед ними от земли поднимался жар. Перед глазами взметнулись помехи. Уши наполнило шипение. Анна не остановилась.
В ответ на нахальство из ряби вынырнула белая маска в изодранном балахоне. Рывками, появляясь то справа, то слева, маска приблизилась и склоняться к девушке — будто прямо в лицо открыли форточку в ледяную зиму. Ресницы Анны покрылись инеем, изо рта повалил пар. Тело сжалось. Она протянула руку и дотронулась до маски. Мир взметнулся, словно под ногами прогремел взрыв.
Сознание Анны разделилось. Мгновение девушка все еще держала руку на ледяной искаженной гневом маске. В следующее — сидела в раскладном кресле и смотрела на покрытую рябью лунную дорожку. Подражая зацикленной пленке, перемещения сменяли друг друга. Чтобы остановить происходящее Анна попыталась встать. И с криком провалилась в ледяную воду. Горькая вонючая жидкость заполнила рот и нос.
Девушка, задыхаясь, поплыла к берегу. Расстояние было приличным, но вполне преодолимым. Сантиметр за сантиметром, она добралась до полоски суши.
Оказавшись на берегу, Анна бессильно опустилась на черную землю, покрытую редкими пучками травы и листьями. Подняв голову, девушка увидела себя, сидящую в кресле. Двойник рывком повернулся. В обрамлении лунного света на месте обращенного к ней лица было сплошное белое пятно.
Кости
Рядом послышался лай. Тело девушки сотрясалось от холода, но она поднялась и пошла на звук, огибая кустарники. Кроссовки, полные воды противно хлюпали, промокшая одежда и волосы липли к телу. Зов потерянного пса заманивал Анну на гору. Девушка ускорила шаг, но теперь многоголосый лай раздавался за спиной. Он стал злобным и громким, как если бы за ней гналась стая.
Анна помчалась вперед не разбирая дороги. Она продиралась через кусты, ветки царапали голые руки, ранили ноги. Впереди путь преграждал густой кустарник, но в основании угадывался островок света. Не успев отчаяться, девушка нырнула в крошечный лаз, как пловец в бассейн.
Приземление вышло жестким. Лаз был в полуметре выше места, где Анна упала. Под весом ее тела что-то на земле хрустнуло и задвигалось. Девушка резко перевернулась, приподнялась на локтях и посмотрела на кусты. Пусто. Тихо. Холод с новой силой вцепился в мокрую одежду. Анна лежала на твердой бугристой поверхности под густой синевой неба, усеянной блестящими звездами, и силилась отдышаться. Вокруг стояла непроницаемая тишина. Казалось, что ни один листик не двигался.
Пора было идти дальше. Путь лежал к противоположному краю поляны.
Девушка пошевелила пальцами и почувствовала, что под пальцами пересыпаются твердые продолговатые предметы. Один из них она поднесла к глазам. На фоне звездного неба светилась белизной расширяющаяся с обоих концов палочка. Кость!
Анна вскочила — десятки костей разной длины расползались и с хрустом ломались под ногами. С волос за шиворот и на лоб тонкими струйками сочилась холодная вода. Едва дыша, девушка медленно повернулась к центру поляны. Вся она равномерно была покрыта слоем костей. Рот девушки непроизвольно открылся, глаза распахнулись до сильного пощипывания.
Впереди стояли пять крупных оленей с огромными раскидистыми рогами. Они были далеко, но можно было без труда заметить, что их темные тела заканчивались головами, полностью лишенными кожи. Черепами с пустыми глазницами. Олени не проявляли ни агрессии, ни интереса. За ними виднелся широкий промежуток между кустами. До него было не больше ста метров. Ступая осторожно и глядя себе под ноги, Анна поспешила к выходу со зловещей поляны.
Внезапно слева послышались тяжелые шаги, и ей в плечо мощным потоком ударил холод. Воздух наполнился жужжанием. Анна остановилась и съежилась.
В носу защипало от сладковато-гнилостной вони. Липкая смесь из протухших яиц, затхлого сырого погреба и оставленного на жаре мяса. Тошнота тугим комком поднялась к горлу. Скорее инстинктивно, нежели осознанно Анна прижала ворот майки к носу.