По завещанию герцога Анжуйского, написанного накануне смерти, Камбре отходил королю Франции. Король испугался, что если он примет это наследство, то начнутся репрессии со стороны Испании. Поэтому он от себя лично отказался от этого города и передал его Екатерине как частное наследство. Не теряя ни минуты, королева его приняла и взялась за перо, чтобы сообщить новым подданным о своем намерении «править ими, сохранив им жизни, имущество и права».
14 июня она получила ответ жителей Камбре и их правителя де Баланьи: они дали клятву «жить и умереть» под ее защитой. Герцог Пармский не собирался так легко расстаться с собственностью его повелителя – короля Испании. [342] 18 июня, прислав свои соболезнования, он напомнил королю, что ранее выражал свое неудовольствие «по поводу невозможности отвлечь его от затей покойного герцога». Теперь, когда герцог умер, испанский правитель требовал вернуть ему право на владение Камбре. Его требовательность не возымела никакого действия. 21 июня Екатерина заверила жителей Камбре, что их письмо «бесконечно ее обрадовало» и что она им обещает, что «вы будете весьма довольны обхождением, получите все необходимое, и я буду о вас заботиться и вам помогать в том, что будет необходимо для вашей безопасности, которая для меня будет так же дорога, как и моя собственная жизнь».
Новая собственность Екатерины могла серьезно осложнить отношения с Испанией, если бы она выразилась в какой-либо суверенной власти: Екатерина очень ловко преодолела эту трудность. 20 июля 1584 года она опубликовала заявление, в котором указала, что «посчитала поступком, достойным мягкосердечной и милосердной королевы, оказать покровительство и принять жителей Камбре, огорченных потерей нашего сына и считавших, что они лишились всякой поддержки и теперь более доступны для любого нападения, чем ранее». Поэтому она приняла под «свое покровительство и охрану» город Камбре и герцогство Камбрези, чтобы обеспечить там порядок, учредить полицию, правосудие, сохранить имущество и защитить город, а также поддерживать и соблюдать привилегии и льготы. Правителем Камбре, королевским наместником, имеющим все гражданские и военные полномочия, она назначила сеньора де Баланьи – Монлюка – незаконнорожденного сына своего дорогого советника, епископа Валансена.
Королева-мать сумела гораздо более ловко, чем герцог Анжуйский, защитить завоеванные в борьбе против испанцев позиции. В августе она начала серьезные мирные переговоры с герцогом Пармским, направив к нему маршала де Реца. В сентябре она радовалась достигнутым успехам: «То, что я решила взять под свою защиту Камбре, пока ничуть не повредило миру между Его Католическим Величеством и нами; но даже наоборот – на границе Пикардии [343] и Камбре настолько все уладилось, что по общему соглашению и с согласия правителей указанных местностей и Артуа, а также в соответствии с волеизъявлением герцога Пармского, было принято решение о прекращении вооруженной борьбы и разбоя, ставшего обыденным в этих краях при жизни моего покойного сына герцога Анжуйского. Посмотрим, сможет ли время что-либо изменить, учитывая, что мы решительно настроены заботиться и наилучшим образом вести наши дела, чтобы сохранить свою жизнь в борьбе с тем, кто захочет на нас напасть; и я надеюсь, что если это случится, Франция найдет средства, чтобы себя защитить и отбить любое нападение».