- Сдавайтесь, мы гарантируем вам жизнь! – доносится от речки.
- Огонь!
Бьём из автоматов. Школа военкома не прошла даром, пять фигур сразу валятся на землю, шестой юрко ныряет между камней. Педро выпускает в него три гранаты из подствольника – запасливый боец. Похоже, попал.
- В укрытие!
Вертолёт, собственно, не боевой. Однако, из пассажирского салона пытается в нас попасть пулемётчик, но скоро, прошитый нашими очередями, повисает на привязных ремнях. Что-то ударило меня по макушке, но я пока жив. Второй номер дал пару неприцельных очередей, похоже, тоже отхватил своё и скрылся внутри. Поливаем вражескую машину в пять стволов – Ник подозрительно затих. Пилот, видно, решил не рисковать. Я видел несколько вспышек попаданий, наши автоматы имеют в рожках каждую третью зажигательную пулю. Геликоптер уходит за скалу, шум его винтов удаляется. Бросаюсь к Нику. Он без сознания, правая рука – кровавое месиво. Грешно так думать, но я даже рад. Она у него всё равно нерабочая, а левой мой друг умеет пользоваться! Накладываем жгут, перевязываем. Педро вкалывает ему что-то в бедро. Осматриваем друг друга.
- Твоё слабое место останется с красивым шрамом, но там сплошная кость, её не пробить. Как себя чувствуешь? – Макс весь в гематомах, но своему стилю изменять не намерен. Хороший признак.
- Скажу Мари, что тебя в Новой Швейцарии парни отучали заигрывать с молодушками. Будешь не только с синяками, она тебе ещё уши надерёт.
Остальные тоже в ссадинах, но целы. Педро – опытный воин:
- Питер, со мной. Надо взглянуть на тех бойцов.
Осторожно спускаются к нападавшим. Кого-то волокут за ноги к позиции последнего, накрытого гранатами. Выстрел. Вопли. Кого? Петя появляется над валунами, подаёт успокаивающие знаки, бежит к нам. Снова крик. Всё ясно.
- Это его расспрашивают о чём-то, - Ник Шепард осматривает то, что осталось от правой руки. – Мой китель будет теперь дешевле на один рукав.
- Было бы, на что завязывать галстук, дружище.
- Лишь бы не пеньковый.
- Чиф, вас вызывает Республика, борт первый! Пять минут до цели. Прошу ракету через три минуты.
- Я Чиф, даю маяк.
Самолёт проносится над скалами, разворот – и над нами раскрываются тридцать парашютов.
- Я борт один. Счастливо оставаться! Ориентировочно через четыре часа к вам прибудут вертолёты Ковчега, "Русланы" уже в пути на Республику. А мы проверим местность, откуда прилетели наши новые знакомцы.
- Я Чиф. Будьте осторожны, у них ракеты.
- У нас тоже. И бомбы. И аппаратура наведения.
- Счастливого полёта!
Десант занимает оборону, разбивает лагерь, растягивает антенну связи. Прибывший врач обрабатывает наши раны. В медицинской палатке идёт ампутация. Рука мистера Шепарда совсем плоха.
Пленный попал в руки мастера, не уступающего в любознательности нашим штатным дознавателям. Петя сбежал с места допроса, глаза у него белые:
- Я никогда не сдамся живым, Ильич. Боже, мне это будет сниться.
- Возьми, выпей немного. Расслабься. Я не сторонник таких методов, но, сложись по-иному, на его месте могли оказаться мы. Это война, Петя.
Подходит Педро Ибаррури:
- Гнездо мародёров. У них на карте восемь колоний, подобных Новой Швейцарии. Шеф компании-изготовителя расстарался. Вооружённая банда в пять сотен отморозков. Выжидают, когда селения встанут на ноги. Дальше вы знаете.
- Знаем. Их арсенал?
- Боевой вертолёт мы сбили. Ещё четыре таких, как прилетал сюда. Много парапланов, они придумали с их помощью высадить десанты на колонии, так сказать, щадящим экономику методом. Захват, расстрел активистов, дальше по плану. Засекли наши переговоры с швейцарцами, выследили самолёт. Очень не хотели, чтобы Ковчег вмешался в их бизнес. Тоже мне, конкуренты.
- Что с пленным?
- Умер. Я его на транквилизаторах удерживал, чтобы поговорить. Граната – это серьёзно. Три – очень серьёзно.
- Чиф, я борт один.
- На связи.
- Гнездо обнаружено. Сопротивления не встретили. Нанесли ракетно-бомбовый удар. Уничтожен посёлок и два вертолёта. Похоже, публика заперлась в подземелье. Координаты передал на "Европу". Уходим на базу.
- Спасибо, я доложу командованию. Мягкой посадки.
Прибывают два боевых и два транспортных вертолёта. Берут на борт два десятка десантников. Отец Фёдор уводит группу на штурм. Через два часа мы тоже прибываем на вражескую базу. Здесь штурмовикам делать было нечего. При их подходе, один вертолёт пытался удрать, маскируясь в горах. Майкл не стал тратить ракеты, свалил его из пушки. Пара мощных авиабомб уже заложена у входа. В общем, как обычно. Карта с отметками восьми бункерных селений, десяток засечек небольших лагерей выживших. Оружие, горючее, продовольствие. Один вертолёт, два десятка автомобилей. Будет для старта новой колонии.
- Я всё расскажу, я знаю про гнездо конкурента. Только сохраните жизнь!
Условия здесь ставим мы. В ходе краткой беседы с Педро, великий бизнесмен поведал свой последний секрет. Вскоре он украшал ветку сосны, растущей подальше от лагеря.
Вся история освоения Западных Альп заняла две недели. В итоге мы получили двенадцать селений "выживальщиков" и сотню вольных горцев, влачивших беспросветную нищету в пещерах и хлипких хижинах. Восточные Альпы были непригодны для жизни. Берн, Турин, Милан и даже менее крупные города этого региона были испепелены и до сих пор фонили так, что даже краткое пребывание там было опасным. И после этого мы должны щадить этих выродков с лампасами?
Некоторые селения объединились. У одних были неплодородные земли, но в достатке – припасов. Другие плохо перенесли удар и доедали то, что удалось отстоять. Для них и выживших одиночек были предоставлены освобождённые от их будущих владык "имения". После некоторых сомнений, чего греха таить, девять общин вступили в Союз на общих основаниях. Нам даже не пришлось особо одаривать их – "выживальщики" оказались людьми запасливыми, союзный парк пополнился даже лёгкими самолётами и вертолётами. Началось строительство двух аэродромов для больших самолётов Союза. Одна колония, "Новый мир", объявила о независимости и нейтралитете. Их можно было понять. Очень состоятельные люди построили целую горную крепость, оснащённую современным оружием и техникой, три тысячи преданных им людей были экипированы всем необходимым на годы вперёд, завели большое хозяйство. В округе под их патронажем была пара хуторов с фермами. Заключив договора о ненападении и сотрудничестве, мы оставили их в покое. В случае опасности они знали, как связаться с нами. Четыре десятка скитальцев попросились в Ковчег – они после пережитых лишений верили только в нас.
Новые союзники не сидели, сложа руки. Они уже обследовали Центральную Европу на сотни километров. Добытые ими сведения были печальными: шансов выжить там не было. То, чего не довершили землетрясения и цунами, сделали люди в погонах. В тот день мы с Максом окончательно убедились, что нет даже призрачной надежды на то, что кто-то из наших родных мог спастись.
Глава 34.
Наука, техника и дети.
2014, сентябрь, 29. Ковчег.
Эвакуированные с Урала специалисты быстро сошлись с профессором Леви и творческой молодёжью Ковчега. По возвращению с Республики, мы обнаружили рядом со школой новое большое здание. Над его входом я с замиранием сердца прочитал: Университет. А с пассажирского парома Республики, прибывшего с нами, выгружали вещи три десятка молодых людей – будущих студентов и двух преподавателей. Даже не успев зайти домой, я вместе с Сарой и Евой вошёл в здание.
- Они начали занятия первого сентября, как и мы, - сообщила дочка.
В аудиториях шли лекции, в прекрасно оборудованных лабораториях по-деловому гудели приборы, молодые люди по-хозяйски распоряжались с аппаратурой неизвестного мне назначения. Профессор Леви только что освободился от группы студентов, пригласил нас в кабинет.
- У нас семьсот студентов, большой преподавательский состав. Двадцать молодых людей и учитель высшей математики прибыли с Прибежища. Четыре десятка ребят прилетели с Урала, двенадцать – с Пижмы. Республиканцы обустраиваются в общежитии. Ожидаем полторы сотни новичков из альпийских колоний. У них высокий образовательный уровень, более десяти специалистов высокого класса. Нельзя терять время, очень недостаёт учебников, многие знания остались, так сказать, лишь в живых носителях. Миссис Ева читает лекции по специальности. Миссис Джейн ведёт небольшой курс будущих инженеров-механиков, мистер Гаусс читает навигацию. Специалисты, эвакуированные с Урала, уже строят первый искусственный спутник. Они ознакомились с нашими излучателями, мы объединили усилия, и в результате проект плазменного носителя близок к завершению. Исландские радисты в содружестве с Петром Ивановичем и Андреем строят аппаратуру для обеспечения радио и телевизионной космической связи. Работа кипит! У нас собрались самые талантливые и энергичные ребята. Они рождают такие идеи, что я, честно говоря, не всегда успеваю их оценить по достоинству. Вы только войдите в нашу виртуальную сеть! Один перечень обсуждаемых проектов занимает десятки страниц. У нас работы не на годы – на десятилетия. Вы знаете, я впервые в жизни чувствую себя счастливым человеком.