– А не лучше ли спрятать «Мираж» где-нибудь на планете, чтобы не гоняться потом за ним по орбите?
– Нет. Он слишком велик и близко от Феамуца такую громадину не спрячешь. К сожалению, у него есть один недостаток – он не может сильно уменьшаться в размерах.
– Олдама не всемогуща, – заметила Лейла. – Но тебе следует поспешить. До рассвета осталась совсем немного. Ты успеешь добраться до «Миража» и вновь вернуться сюда?
– Успею. А где твой экипаж?
– Не беспокойся, они все здесь и наверняка спят, ничего не подозревая. Сейчас на корабле никого нет. Тебе никто не помешает, а как попасть в корабль ты знаешь, – Лейла вытащила из шкафа длинную накидку с капюшоном и подала Модесте.
– Очень хорошо. Я иду немедленно.
Надев тёмную накидку и захватив отмытый кинжал, Модеста покинула дворец, не ища дверей. До космодрома было относительно недалеко и это уже больше походило на прогулку. Тут не требовалось с боями продвигаться вперёд. В воздухе встречалось не так уж много хищников, и контролировать их оказалось несложно.
Вокруг Кемы летал невидимый «Мираж», и никто из его хозяек не догадывался, какие тучи сгущались над их головами. Судьба готовила им очередной сюрприз, последствия которого не раз отзовутся эхом в их дальнейшей жизни.
14. Освобождение.
Олдама сидела у заваленного выхода и, сквозь тонкие щели между камней, смотрела в небо, начинавшее светлеть. Услышав позади тихие шаги, она опустила пониже на лицо покрывало и обернулась. К ней подошла Глориоза и села рядом.
– Вот уже и ночь прошла, – тихо произнесла Олдама, обняв колени и положив на них голову.
– Модеста, наверное, уже в Феамуце, – выразила надежду Глориоза.
– А если нет? – Олдаме сложно было скрыть свои опасения от подруги. – Ты же видишь, сколько вокруг хищников! Они то и дело нападают друг на друга.
– Успокойся, Модеста не такая уж лёгкая добыча. Без оружия и с дальнего расстояния её практически невозможно убить, да и близко к себе она не подпустит. А среди зверей, я уверена, нет снайперов.
– Тебе бы всё шутить! И как ты можешь быть так спокойна?
– Выдержке и оптимизму меня учил отец.
– Повезло… а я даже не помню своих родителей. Всю жизнь училась только на своих ошибках.
– Ты хотела бы, чтобы тебя удочерили?
– В детстве, наверное, да, но теперь уже поздно для этого. Ты и Модеста заменили мне сестёр, я привыкла к вам. А вот с новыми родителями я, возможно, не уживусь. Мне о родных ничего не известно, они погибли, а приёмные уже не нужны человеку в моём возрасте. Так что теперь не имеет смысла искать себе новую семью.
– Это правда. Я всегда жила с мамой, отец часто отлучался из дома, но, между тем, многому меня учил. Других родителей я бы не хотела иметь, даже если бы и осталась сиротой.
– Тебе легче, ты сильная и уверенная. А вот я часто чувствую сомнения, боюсь в чём-либо ошибиться, – призналась Олдама. – Вот и теперь так. Модеста ушла, и неизвестно, вернётся ли она или погибнет. Если она добралась до Феамуца, то не лучше ли ей воспользоваться «Миражом», чем просить помощи у патрульных?
– Нет, сама понимаешь, что для нас нежелательно, чтобы тут видели «Мираж». Всё должно произойти просто, пусть патрульные спасают людей. Это их работа и она не вызовет лишних разговоров. Модеста только в крайнем случае воспользуется нашим кораблём, – сказала Глориоза.
– Ты думаешь, её приход к патрульным не вызовет вопросов? – изобретательница подняла голову и посмотрела на подругу. – Неужели они не удивятся, увидев пришедшую к ним рабыню? Не станут расспрашивать, как ей удалось в одиночку преодолеть такой путь?
– Уверена, она не скажет лишнего и сможет уйти. А что они будут думать об этом потом, это уже их дело, – индианка не склонна была начинать паниковать. – Тут никто не заметил отсутствия Модесты. До сих пор почти все спят, так что вряд ли поймут, что нас стало на одного человека меньше.
– Мне даже не верится, что мы сможем когда-нибудь выбраться отсюда, – прошептала Олдама, посмотрев на спящих людей.
Глориоза тоже обвела взглядом полутёмную пещеру, пропахшую дымом. У костра спали дети, взрослые отвели им самое тёплое место, а сами устроились на земле, закутавшись в одеяла. Приходилось экономить хворост, хоть все уже понимали, что выбраться отсюда почти нет шансов. Несколько мужчин о чём-то тихонько спорили, сидя подальше от спящих людей. Вероятно, они искали способ выбраться из этой ловушки или обсуждали, насколько велика вероятность того, что с помощью оружия можно будет распугать зверей.